Барбара весело рассмеялась:

— Мне по сердцу подобные сумасбродства, и я рада знакомству с вами, Велвет Кавендиш. Кроме того, мы с вами — «красноголовые», а значит, должны держаться вместе.

Кристин хохотнула.

— Ах, миледи, у нас с вами совершенно разные оттенки «красного». Тем не менее я очень рада знакомству.

Минуту спустя, когда Велвет и Кристин удалились на почтительное расстояние, Барбара повернулась к Бакингему:

— Она чертовски мила, не так ли? И очень уж юная…

— На самом деле, дорогая Барбара, она старше тебя, — ответил герцог с ухмылкой.

— Неужели? И до сих пор не замужем?

— Была обручена с Робертом Монтгомери в детском возрасте, но вплоть до нынешнего времени жила в изгнании.

Барбара окинула взглядом зал, высматривая в толпе лорда Монтгомери, с которым ее недавно познакомили. Увидев его наконец, она заметила, что он медленно приближается к своей суженой.

«Очень любопытно», — подумала Барбара. И стала внимательно наблюдать за Велвет и молодым графом.

— Да как ты посмел?! — прошипела Велвет. — Как ты, предатель, осмелился явиться на королевский прием?!

Лицо лорда Монтгомери словно обратилось в камень.

— Король Карл — мой друг, — заявил он. — Как и твой, между прочим.

Велвет вскинула подбородок.

— Если он продолжает считать тебя своим другом, то, верно, не знает еще о твоем предательстве! — воскликнула она в негодовании.

— Велвет, на тебя все смотрят. Не надо устраивать сцен.

Она взглянула на него, прищурившись:

— Не смей приказывать мне, Грейстил Монтгомери! Обещаю, что король непременно узнает о твоих преступных деяниях. И посмотрим тогда, кто будет устраивать сцены. — Велвет резко развернулась и отошла от Грейстила подальше — как если бы ей было невмоготу находиться с ним рядом.

Барбара ухмыльнулась и проговорила:

— Пожалуй, я приглашу на свой пятничный прием также и графа Эглинтона. Возможно, мы станем свидетелями… истинного фейерверка.

Приблизившись к вдовствующей графине, беседовавшей с молодым офицером, Велвет улыбнулась и радостно воскликнула:

— О, Генри, дорогой!.. А я и не знала, что ты уже в Лондоне! — Она крепко обняла брата, потом, отстранившись, внимательно осмотрела его с головы до ног. — Так как же ты?.. Рассказывай…

— Я вернулся с моим полком, которым командовал герцог Йорк, — ответил Генри. — Формально я все еще в рядах армии, пока не поступит приказ о роспуске полка. Как только король вернет мне Уэлбек, я сразу же отправлюсь на север.

Граф Девоншир хлопнул Генри по спине:

— Я в таком же положении. Тоже жду не дождусь, когда смогу вернуться к себе в Чатсворт.

— Тебе, Уильям, повезло, — хмыкнула вдовствующая графиня. — За все годы протектората никому так и не удалось вырвать Чатсворт из моих рук. Но для того чтобы вернуть Уэлбек, Генри понадобится постановление парламента.

— Уэлбек по закону принадлежит моему брату! — воскликнула Велвет. — А замки Ноттингем и Болсовер принадлежат моему отцу!

— Я уверена, что его величество во всем разберется, дорогая. Ну а вы, Генри, всегда будете желанным гостем в моем доме.

— Благодарю вас, леди Кавендиш… А вот, кстати, и герцог Йорк. Пойду поговорю с ним, пока его снова не взяли в кольцо просители. Прошу извинить меня, дамы.

Велвет внимательно наблюдала за братом — тот, пересекая зал, приближался к кузену короля Джеймсу, герцогу Йорку. Однако рядом с Джеймсом стоял также и лорд Монтгомери. Прикусив губу, Велвет отвернулась и тихонько пробурчала:

— Проклятый предатель…

На следующий день граф и графиня Ньюкасл прибыли в Бишопсгейт (они покинули Роттердам на небольшом корабле, который доставил их прямиком в лондонский порт). Увидев отца, Велвет безумно обрадовалась и тут же дала себе слово, что будет относиться к его жене Маргарет с должным уважением. Семейство отметило свое воссоединение роскошным обедом, и веселье продолжалось почти до полуночи. Уже перед отходом ко сну отец с дочерью ненадолго уединились, чтобы побеседовать о личных делах.

Выслушав рассказ отца, Велвет сказала:

— Знаешь, когда мы вчера были на приеме в Уайтхолле, Чарлз попросил меня передать тебе его просьбу — сообщить ему, как только ты окажешься на английской земле.

Граф расплылся в улыбке:

— Да, понимаю. Возможно, король хочет доверить мне какой-нибудь важный государственный пост. Что ж, мне опять придется разрываться между Ноттингемом и Лондоном. Но я свой долг выполню.

— И еще, папа… Вчера я видела Генри. Он чудесно выглядит и думает только о том, как бы побыстрее вернуться в свой Уэлбек.