– Кафе «Цезарь», – сдалась Анжела.

Проезжая мимо парикмахерской «Иван да Марья», Анжела подумала, что сейчас бы в самый раз побриться наголо и устроить какой-нибудь разврат. Чем она хуже Бритни Спирс? Да хотя бы тем, что ее выходка так и останется достоянием города Салимова! А как хотелось, чтобы узнали все… Узнали и тыкали в Максима. Вон идет рогоносец! Его жена, даже лысая, смогла ему изменить! Вот что кричали бы вслед этому подонку.

Мысль об изменении прически показалась ей отвратительной, а вот о том, чтобы наставить рога любимому, она продолжила думать.

В кафе Анжела села за столик. Подошла официантка, обслуживающая их в тот вечер, когда все было хорошо, когда этот подонок искусно прятался под маской верного мужа.

– Чего желаете? – На каменном лице женщины ожили губы цвета мрамора.

«Коньяка! Коньяка, и побольше!»

– Коньяк и шоколад.

Анжела специально не стала прятаться в кабинке, села на виду. Она собиралась уйти отсюда не одна. Но, выпив пару стопочек «Дагестанского», Анжела поняла – не судьба. Подсаживался один, Альбертом назвался… Так, пустозвон.

«Уж лучше я побреюсь под Котовского», – подумала Анжела и вежливо отшила джигита.

«Мелковат мужичок стал», – всплыла где-то услышанная фраза. Но она знала одного крупного.

Анжела допила коньяк, положила в сумочку так и не тронутую шоколадку. Встала и, пошатываясь, пошла к выходу. Она знала, кто поможет ей наставить рога этому подонку.

Анжела попыталась переступить через порог. Споткнулась. Олег поддержал ее. Девушка икнула и засмеялась. Подошла к барной стойке и взобралась на табурет. Пьяно посмотрела на Олега и произнесла:

– Я только что сделала шаг назад. Уверенный и огромный шаг назад.

Олег хотел спросить, что она имеет в виду, но понял, что из этого ничего не выйдет.

– Олежа, у тебя выпить ничего нет?

– Да что-нибудь найдем. – Олег полез в бар.

– Хоть что-нибудь…

Разве мог Олег мечтать о таком? Чтобы вот так к нему среди ночи пришла девушка его мечты? Девушка, о которой он мечтал с девятого класса, осчастливит его…

Он достал пузатенькую бутылку бренди «Слынчев бряг». Запасы стариков.

– Сойдет?

Анжела перегнулась через стойку и кивнула. Ей было все равно.

Олег налил в стаканы.

– Извини, специальных рюмок нет.

Женщина снова захихикала.

– Ну, рассказывай, что у тебя случилось. – Олег отпил из бокала.

– А ты разве не рад мне без «случилось»?

– Конечно, рад! – Эта фраза вылетела настолько быстро, что Анжела даже хохотнула.

– Эх, Олежа… Конечно, случилось. – Анжела вдруг посерьезнела. – Ты извини, Олеж. Я это не к тому. Ну, то есть я хочу сказать… ты не думай, я пришла бы и так. Просто так. А сейчас я пришла… Я не хотела идти к Леське. Мы с ней работаем, а там… ну ты понимаешь…

Олег ничего не понимал.

– …там буквально все об этом говорят.

– О чем? – едва слышно спросил Олег.

Анжела полезла в сумку. Через несколько мгновений выудила оттуда какую-то открытку и подала Олегу. Он принял карточку и поднес к свету. Вначале Давыдов не понял, кто на фото, но сцену, запечатленную там, разобрал вмиг. Порнография. В прямом смысле этого слова. Он в недоумении посмотрел на Анжелу, потом перевел взгляд снова на снимок.

– Макс, – просто сказала Анжела.

Олег еще раз всмотрелся в фото. Он увидел довольно-таки красивую девушку, а сверху нее – парня. Телосложением и прической тот смахивал на Максима, но Олег не был уверен.

– Да, это неудачная фотография. Самые лучшие я оставила Максиму. Пусть полюбуется, когда приедет.

Олег положил снимок на стойку. У него не было слов. Макс не мог так попасть. Олег был влюблен в Анжелу еще со школы, но он жалел о случившемся. Несмотря на то что Макс сделал ему одолжение своим поступком – как говорится, включил зеленый свет, Олег слишком был привязан к нему, чтобы поступиться дружбой. Но когда Анжела сказала о том, что ей и идти-то некуда (откровенная ложь, или ей не хотелось оставаться одной в пустой квартире), Олег забыл о всяких принципах и предложил пока пожить в его спартанском жилище.

«Две недели Даниил не отработает», – твердо решил Максим.

Когда он и Женя проснулись, Хабалова уже не было. Сегодня Бабурин думал начать собирать «Звездное небо», но вдвоем это проблематично. Поэтому придется отложить до лучших времен.

«Если я зайду в домик на обеде и этот работник будет пьяный, я разорву его в клочья».

До обеда Даниил Хабалов ждать себя не заставил. Он поднялся на второй этаж, где работали Бабурин и Валуев, часов в одиннадцать. Макс не видел его, а то бы прогнал взашей. Максим услышал его. Звон бьющегося стекла донесся до него из коридора. Он, словно ошпаренный, выбежал на звук. Недотепа с перекошенным в ухмылке лицом сидел на стремянке. Вокруг на полу валялись осколки от люстры. Максим не мог сразу вспомнить стоимость этого светильника (он вчера перед сном изучал прайс-лист), но примерно знал: двадцать пять, не меньше. Даже если это недоразумение в очках и заработало такие деньги на данный момент и их с Женькой расходы не коснутся, все равно это был инцидент. В дом привозили штучный товар, на заказ. Должно быть три одинаковые люстры – привозят три. Одна – привозят одну.