Лара сидела неподвижно и молчала, пытаясь задавить в душе нехорошее подозрение. Но, увы, Мусечка и не думала притворяться. Ее теплые губы ткнулись в шею сидящей рядом молодой женщины, и девушка, прижимаясь все теснее, зашептала:

– Ты мне нравишься… У тебя кожа хорошо пахнет, хоть ты и не так молода, как Игорь думает, да? – Губы оставляли на коже цепочку легких поцелуев, ярко-бордовый ноготь обводил контур колье, и по коже Лары бегали мурашки… Она повернула голову и взглянула на сидящую рядом девушку. Почти ребенок… лет семнадцать. Кожа упругая и нежная, как шкурка персика, от нее пахнет чудесными духами, чем-то свежим с нотками пряного аромата, словно крупицы взрослости или испорченности в душе девочки. Губы Мусечки совсем близко, и Лара видит дрожащие ресницы и чувствует на лице ее дыхание: мята и алкоголь. Ей вдруг становится тепло, и она тянется к этим нежным губам…

Крик, долетевший с мостика, заставил их вздрогнуть и отвлечься друг от друга. Вторая яхта подошла совсем близко, и Лара с Мусечкой ясно видели, что на мостике дерутся двое – Снежик и вихрастый парень. Руди все пытался дотянуться до штурвала и периодически заезжал Снежику кулаком в лицо. Тот уворачивался и прикрывался локтями.

– Снежик! Камни! Снежик! – завопил вдруг Игорь, а Рустем дал короткий тревожный сигнал.

Снежик понял, что из-за драки идет прямо на темные камни, выдающиеся из воды неподалеку от берега. Он изо всех сил оттолкнул пьяного парня и вывернул руль, одновременно сбрасывая скорость. Руди от толчка отлетел к поручням, выпрямился было, но катер вильнул, потому что Снежик, уходя от столкновения, заложил крутой вираж – и рыжий, нелепо взмахнув руками, полетел в воду.

Лара вскочила, мигом позабыв про Мусечку с ее нежностями.

– Игорь! Руди вывалился! Он упал за борт!

Рустем тоже сбрасывал скорость и выворачивал руль, чтобы вернуться. Вторая яхта мгновенно заглохла, Снежик выключил мотор, опасаясь винтами задеть человека. Игорь мгновенно скатился по лесенке и теперь свесился с борта, вытянув шею и вглядываясь в воду. Лара видела, что Снежик мечется вдоль борта, выкрикивая ругательства и зовя приятеля по имени.

Олег Николаевич и Катечка поднялись на палубу и с недоумением оглядывали компанию, вопрошая, что случилось.

Рустем первый увидел барахтавшегося в воде Руди и осторожно подвел яхту поближе. Игорь бросил ему круг, но парень то ли не видел болтавшуюся совсем рядом белую с красным баранку, то ли ничего не соображал. Он начал вдруг уходить под воду, движения его замедлились.

– Он сейчас утонет, – с ужасом прошептала Катечка. – И в темноте его не найдут.

Выругавшись, Игорь прыгнул за борт и уверенными гребками поплыл к парню.

– Я не хочу, чтобы он утонул, – тонким голоском сказала вдруг Мусечка и начала всхлипывать. На нее никто не обращал внимания, и Ларе стало жалко девушку. Она обняла ее за плечи и осознала, что Мусечку колотит крупная дрожь.

– Идем-ка вниз, – сказала Лара решительно. – Там есть кухня, я тебе согрею что-нибудь горячее попить, и ты успокоишься.

– Но тогда я не увижу, как он утонет, – пробормотала девушка.

– Он не утонет. Вон, смотри, Игорь уже совсем рядом. – Лара отрывала Мусечку от перил, краем глаза кося на темную воду. Доплыл! Она увидела, что Игорь одной рукой держится за круг, а другой тащит за шиворот Руди. Слава тебе господи! – Пошли! – Она повела девушку вниз. Стекла бокалов хрустели под ногами.

Лара усадила Мусечку на диван в кают-компании, забежала в каюту и, не глядя на разобранную постель, где явно забавлялись папочка с Катечкой, быстро обшарила шкафы. Нашла пару пледов, завернула в один из них девушку. В небольшой, но оборудованной всем необходимым кухоньке отыскала чай, заварила крепкий и плеснула в него ложку коньяка. Мусечка тряслась и обжигала губы о край чашки, но послушно пила. Себе Лара тоже налила чаю и бестрепетной рукой открыла коробку роскошного бельгийского шоколада, которую нашла в шкафу.

– Ешь. – Она подвинула коробку девушке.

– Ты что? Там миллион калорий.

– Шоколад снизит тревогу и придаст сил. От одной конфетки – даже от двух – ты сразу не растолстеешь.

Мусечка поколебалась, но потом быстрым и совершенно детским движением схватила конфету и засунула ее за щеку. Она сосала шоколад и маленькими глоточками пила чай. Лара встала было, чтобы подняться на палубу, но девушка мгновенно вскинулась и уставилась на нее умоляющими, полными слез глазами:

– Не уходи! Мне одной страшно.

– Ладно, я посижу с тобой.

Лара начала нервничать: почему не идет Игорь? Если он вытащил мальчишку, то сейчас, наверное, весь мокрый и должен бы спуститься сюда и переодеться. Почему же его нет?

Вместо Игоря в кают-компанию пришел Рустем, оглядел стол и сказал:

– А мне чаю?

– Коньяк наливать? – спросила Лара, быстро включив чайник и доставая чашку.

– Пожалуй, нет. – Он сел в кресло, потом внимательно взглянул на клевавшую носом Мусечку, встал, осторожно забрал у нее чашку и легко подхватил девушку на руки. Лара смотрела на него с тревогой, но Рустем отнес девочку в каюту с односпальной кроватью, устроил на койке, снял туфли на безумных шпильках и заботливо накрыл Мусечку пледом.