— Частный подрядчик.

— Война создала огромное количество подобных подрядчиков. А с современной вшивой экономикой, становятся все тяжелей найти законную работу в этой области.

— Платный убийца?

— Мы так предполагаем. Об этом лучше поговорить с Демарко, но в этом предположении есть смысл, учитывая какое мастерство необходимо для того, чтобы сделать подобный выстрел. Если мы правы, за голову Холлис вероятно назначили цену. Это самое простое объяснение. Дело в том…

— Что самое простое объяснение редко оказывается самым верным в нашем мире, — закончила Миранда. — Но почему выбрали именно Холлис? Она принимает на себя удар куда чаще, чем любой другой агент, но не потому что находилась на передовой. Обычно она держится в тени. У нее, конечно, есть враги, но это враги отдела, а не ее личные. Она никогда не была ведущим агентом в каком-либо расследовании и не работала под прикрытием.

— Все так. Именно так. Но мы не можем обойти тот факт, что он наблюдал весь день. Холлис достаточно долго была неподвижна и часто находилась на открытой местности, чтобы он мог выстрелить, если это было его единственной целью, единственной причиной, по которой он сидел там в засаде. Но он ждал. Весь день и даже после того как была найдена вторая жертва. Можно подумать именно этого он и дожидался.

— Может, надеялся, что мы не найдем жертву. Или может Дайана права, предположив, что он ведет с нами интеллектуальные игры.

— Может быть и так. Особенно если он узнал в ком-то из вас агента ООП. — Собеседница Миранды сделала паузу, а затем саркастически добавила: — Становится похоже на Дикий запад, только в вашем случае отчаянный молодой стрелок, въезжающий в город, чтобы кинуть вызов знаменитому ветерану, оказывается извращенным серийным убийцей, который желает противопоставить свои навыки и умения ООП.

— Я действительно надеюсь, что все не так.

— Вот именно.

Миранда довольно долго молчала, ее взгляд рассеяно скользил по тихой, мирной картине Главной улицы маленького города США. Наконец она проговорила:

— Если Холлис была целью, значит, она стала для кого-то угрозой. Реальной угрозой для какого-то конкретного лица. И мне трудно поверить, что это абсолютно не связано с нашим расследованием в последние недели.

— Не похоже на то.

— Нет. Не похоже.

— Возможно, стрелок просто следовал за вами двумя, пока вы вели расследование. И получил приказ ничего не делать пока…

— И это вопрос, верно? Пока что? Может… где-то по дороге, своими действиями или просто своим присутствием Холлис стала помехой для убийцы. Но она обладает не слишком агрессивными и угрожающими способностями. Она медиум, самоцелитель и видит ауры. И в чем угроза?

— Мы этого не узнаем, пока не обнаружим, кому или чему она угрожает.

Миранда глубоко вздохнула и затем медленно выдохнула, с ее губ сорвалось облачко пара.

— Да. А тем временем, у нас есть эти убийства, которые надо расследовать.

— Это точно.

— И в то же время мы должны защищать Холлис.

— Вероятно, легче было бы убрать стрелка.

— Легче, возможно, но не правильнее. Убери его и появится шанс, что для этой работы пришлют кого-нибудь другого. Кого-нибудь, кого мы можем не увидеть, пока не станет слишком поздно. По крайней мере, этот парень враг, которого мы знаем, за которым мы можем наблюдать.

— Верно. Значит, будем наблюдать за ним? Прилипнем к нему?

— Как банный лист. И, Роксана, будь осторожна. Будь очень осторожна. И ты, и Гейб.

— Поняла. Отдохни сегодня, хорошо? Вы ребята бродите в тумане, а это плохо.

— Знаю.

— У тебя есть оружие — опасная штука в руках не выспавшегося человека.

— И это говоришь мне ты мне.

— Ладно. Сегодня мы будем наблюдать. Завтра будет достаточно времени, чтобы попытаться решить эту задачку.

— Надеюсь, ты права, — проговорила Миранда.

— Что вы ее решите?

— Что у нас достаточно для этого времени.

Дайане давно не требовалось снотворное, чтобы уснуть, но ей все еще требовалось время, чтобы расслабиться. И что-то скучное, чтобы занять мысли, пока ее тело и мозг постепенно избавлялись от напряжения. Обычные средства, такие как горячая ванна или душ и стакан теплого молока, не слишком ей помогали.