E. K.: Ненависть рождается из невежества и неудовлетворённости. Чаще всего она иррациональна и бесполезна, поскольку заставляет попусту тратить личное время и энергию. В некоторых случаях (это бывает редко) она полезна, чтобы дать личности толчок к изменениям, но это другой вид ненависти. Это скорее противостояние, чем яростная ненависть, в таком состоянии человек чётко мыслит.

C. D.: Каким образом вы пришли к решению выбрать именно это мировоззрение? Это был сознательный выбор или интуитивное решение?

E. K.: Сначала я не был уверен, что делаю правильный выбор. Я был скептиком, но в ходе моей инициатической работы я установил контакт и познал нечто, что не было мной и не было чьей-то ещё работой. Хотя я оставался в сознании, не могу сказать, что я принял сознательное решение. Это было так, словно вы держите двадцатифунтовый груз над собственной ногой и роняете его на свою ногу с высоты пяти футов. [127] Вам больно, вы просто не можете отрицать это. И когда это случилось, я узнал, что некоторые люди до меня переживали такой же опыт и приходили к такому же пониманию.

C. D.: Как вы определяете термин «религия»? Определяете ли вы сетианство как религию?

E. K.: Для меня религия — это духовная система верований. То, что большинство людей считают религией, согласно стандартам общества, является чем-то ограничивающим. Быть сетианцем для меня — религия, но не забудьте, что я член Жречества, что означает, что я понимаю все «сложности» Сета. Это великое дело, больше, чем просто хождение в церковь раз в неделю.

C. D.: Как ToS относится к мировоззрениям: язычество, буддизм? А что вы скажете об атеистах?

E. K.: Это другие религии, и они — не в Храме Сета. Они одобряются с их собственной точки зрения, но они несовместимы с философией Храма, так что никто не может быть одновременно и сетианцем, и буддистом или язычником. Что касается атеизма, вы можете быть сетианцем и атеистом, пока это только потребность в знании и понимании Сета как сущности на ступени Жречества.

C. D.: Позиция CoS является официально признанным, но далеко не единственным из существующих направлений в сатанизме. Что вам известно о других? Как вы относитесь к ним?

E. K.: Сегодня каждый может сделать веб-сайт. Я видел сотни викканских, языческих, нордических и сатанинских сайтов, появляющихся всё время, и они исчезали так же быстро. Как я упоминал выше, мы не сатанисты, мы — сетианцы. Поскольку все эти сайты появляются и исчезают быстро, я не обращаю на них особого внимания. Более интересны те, кто продолжает существование в течение более долгого времени, как, например, Первая Церковь Сатаны и Общество Ониксовой Звезды, основанные бывшими членами Храма Сета, которые ушли или были изгнаны. Полагаю, им следовало бы оказать нам какое-то доверие, поскольку мы можем показать им, как развивать организацию в целом; но они нападают на нас, поэтому у нас нет никаких поводов уделять им внимание.

C. D.: First Church of Satan, как известно, не проявляла себя до ухода ЛаВея, а потом начала резкую деятельность по его «разоблачению», одновременно торгуя его книгами со скидкой. С нашей точки зрения, это несовместимо не только с достоинством и честью сатаниста, но и с обычной человеческой порядочностью. Вы же выразили FCoS некий кредит доверия в своём ответе. Поясните, пожалуйста, подробнее свою позицию по отношению к FCoS.

E. K.: Мы не обращаем особого внимания на другие группы, поскольку у нас нет в этом нужды. FCoS была основана бывшим членом Храма Сета, который ушёл, потому что почувствовал, что «мы недостаточно злые» для него. FCoS появилась как личная работа, направленная на то, чтобы сделать себе имя, потому что он не мог больше ничего предложить в реальном мире. Это моя личная интерпретация, а не точка зрения Храма, поскольку, как я уже сказал, Храм в действительности не обращает внимания на остальные группы, потому что они не играют роли в нашем Xeper. [128]

В силу неких причин сложилось так, что к буддизму у достаточного количества сатанистов более лояльное отношение, чем к большинству других растиражированных мировоззрений, в особенности религиозных. Однако, часто такая симпатия поверхностна и основана на контрасте с христианством, исламом и т. п.

Центральная идея буддизма не менее отвратительна, чем доктрины семитических религий. В ней жизнь предстаёт назойливым явлением, повторяющемся раз за разом и полным страданий, в каком бы качестве она ни протекала. От неё следует стремиться избавиться. Но это не так-то просто, если в результате реинкарнации после смерти вновь возвращаешься к жизни, т. е. снова к страданиям.

Нужно, чтобы остановилась не одна текущая жизнь, а вся вереница перевоплощений. Если в локальном варианте это суицид, то в метафизическом — нирвана.

Этого можно добиться, если полностью, на всех уровнях сознания, преодолеть желание жить. И для этого рекомендуются средства, по направленности идентичные уставам религиозных извращенцев, ориентированные на подавление витальных инстинктов и личности. Первоосновы эти сформулированы в тезисах, громко названных «четырьмя благородными истинами». Это траурный писк ничтожества, капитулирующего перед действительностью.