— Понимаю, сэр.

Я взял с подноса стакан с виски и сделал глоток. После месяца «сухого закона» в Йемене мой любимый «Девар» сильно отдавал йодом. Неужели у него и впрямь такой гадкий вкус, подумал я, и поставил стакан на стол. Потом, повернувшись к Питеру, спросил:

— Сколько лет вы здесь работаете?

— Второй год.

— Вы берете в библиотеке видеокассеты?

— Нет, сэр. В номерах нет видеомагнитофонов.

— Вы работали здесь, когда гостям в библиотеке выдавали видеокассеты?

— Нет, сэр.

— Какова в таком случае процедура выдачи книг?

— Гость выбирает книгу и расписывается за нее.

— Давайте зайдем туда, — сказал я, указав на дверь в библиотеку.

Питер взял ключи, отпер двойные двери и включил свет.

Библиотека оказалась большой, отделанной красным деревом комнатой, заставленной книжными полками и декорированной под гостиную.

В дальнем левом углу стоял длинный стол с телефоном, кассовым аппаратом, компьютером и регистрационной книгой. За спинкой стула библиотекаря размещался стеклянный ящик с фигурками морских обитателей. Справа от стола находился прилавок, где, по-видимому, торговали газетами, журналами и сувенирами, что типично для небольших отелей.

Дверь из холла была единственным входом в библиотеку, если не считать окна.

Если я правильно понял Мари Габитоси, администратор Кристофер Брок не видел нашего донжуана после того, как тот зарегистрировался. В таком случае, возможно, в библиотеку заходила его подруга — чтобы купить журналы или какой-нибудь сувенир, взять кассету с видеофильмом. Надо же им было как-то скоротать время перед романтической поездкой на пляж?

Я очень пожалел, что в прошлый раз не уделил этой комнате больше внимания. Но даже очень хороший детектив не может все верно оценить при первоначальном осмотре помещения.

— А где гости расписываются за взятую книгу?

— В специальной книжке.

— Которую вы держите у себя в ящике стола?

— Да, чтобы книги можно было вернуть в любое время.

— Вы позволите на нее взглянуть?

Мы вернулись в холл, и Питер извлек из недр своего стола книжку квитанций, а я глотнул еще виски.

— Вы храните квитанции, когда книжка заканчивается?

— Думаю, да, — сказал Питер и добавил: — Мистер Розенталь имеет привычку хранить все бумаги в течение семи лет. Иногда дольше.

— Очень полезная привычка. — Я открыл книжку квитанций, которая выглядела точно так, как описала ее Роксанна. Самая обычная книжка с тремя квитанциями на странице, проложенными розовой копировальной бумагой. Там были графы: «Дата» и «Получено», несколько пустых линеек и место для подписи. Каждая квитанция имела красный порядковый номер.

Я пролистал книжку, выбрал наугад одну страницу и прочитал: «22 августа. Получено: „Сливовый остров“». Внизу стояли неразборчивая подпись и номер комнаты — в данном случае номер 105. Внизу другой рукой было приписано: «Возвращено».

— Гость должен предъявить библиотекарю какое-нибудь удостоверение личности? — спросил я у Питера.

— Не обязательно. Если указанные на квитанции имя и номер комнаты совпадают с информацией в компьютерной базе данных, ему не надо ничего предъявлять. — Помолчав, клерк добавил: — Это обычная процедура в большинстве солидных отелей.

— Понятно… — Поскольку последние шесть недель я жил в не самом лучшем отеле, мне было простительно всего этого не знать. В данный момент я думал о подруге нашего донжуана, которая, вполне возможно, не имела представления о том, под каким именем он здесь прописался. — Что же, у вас никогда не бывает несовпадений?

— Бывают, конечно, — ответил клерк. — Например, если у второго гостя в номере фамилия не такая, как у того, который зарегистрировался. Но в таких случаях достаточно просто предъявить ключ от номера или назвать имя человека, на которого он официально оформлен.

— Положим. Но если я забыл ключ в номере и не помню фамилии того, с кем сплю, вы позволите мне взять в библиотеке книгу?

Это был выпавший Питеру шанс отомстить мне за все унижения, которым я его подверг. Посмотрев на меня в упор, он бросил:

— Нет.

Потягивая виски, я продолжал листать книжку, но никаких сведений о гостях, за исключением номера комнаты и подписи, не обнаружил. Иногда рядом с одним именем на квитанции значилось второе. Как я понял — не без помощи Питера, — это было имя человека, оформившего номер на себя.

Я спросил:

— Со дня моего последнего визита к вам приезжал кто-нибудь из ФБР?

— Если и приезжал, мне об этом ничего не известно.

— Хорошо, зарегистрируйте меня в номере двести три.