Терри расхохоталась.

— Знаете, а мне нравится ваша дочь.

Девочка покраснела и улыбнулась.

Уорн снова посмотрел на экран, перемещая мышь от одного окна с кодом к другому. И снова на него нахлынули смешанные чувства — страх, безысходность. Он понимал, что теряет метасеть и это происходит прямо у него на глазах. И тем не менее с ней все было в порядке — он только что провел все тесты, какие только мог себе представить. Но что-то все же явно не так. Несчастный случай на «Ноттингхиллских гонках». А сегодня утром его собственное творение, Хард-Плейс… Непонятно. Убрав руку с мыши, он рассеянно потер саднящее запястье.

Рядом послышался шум — Непоседа, батареи которого полностью зарядились, метнулся к нему, схватил мышь и бросился прочь. Раздался громкий щелчок. Уорн посмотрел на громадного робота, который держал в металлических челюстях мышь со свисавшим, словно хвост, оборванным проводом, словно приглашая поиграть в салочки.

— Непоседа, не гоняйся, — устало сказал он, поворачиваясь к Терри. — Не могли бы вы принести другую мышь?

— Конечно. Он всегда так?

— Он обожает гоняться за автомобилями, роботами, за всем, у чего есть колеса. Не спрашивайте, откуда это у него. Пришлось закодировать ему специальную команду «не гоняйся». Да и то она не всегда срабатывает.

«Моя карьера в миниатюре», — подумал он, мрачно глядя на робота. Неудивительно, что тот превратился в пыльный реликт.

Тереза отошла за новой мышью. Ее изящная фигура выглядела весьма привлекательно даже в лабораторном халате. Уорн посмотрел на Джорджию, которая с несчастным видом листала промышленный каталог, затем снова на экран.

И опять у него возникло ощущение, будто что-то не так.

А потом он неожиданно понял, что именно. Все оказалось так просто и очевидно, что он до последнего не мог уловить никакой связи.

— Терри, — сказал он, — если система изменила программы некоторых роботов для неуместных действий, почему эти модификации не отражены в логах? Я проверял все логи метасети. Но по поводу свихнувшихся роботов в них ничего нет.

Терри покачала головой.

— Этого не может быть.

— И еще одно. На совещании сегодня утром Барксдейл сказал, что проблемы непостоянны. Роботы сегодня ведут себя некорректно, а завтра все в полном порядке. — Уорн помолчал. — Если система дала роботам указание вести себя неправильно, кто приказал им вернуться к обычному поведению?

Тереза посмотрела на него, и в ее черных глазах отразилось беспокойство.

— Это может сделать только метасеть.

— Именно. Но ни в каких внутренних логах не отражено ни появление сбоев, ни их исправление. — Уорн отодвинул в сторону стопку сообщений. — Сколько применений неверного кода вы наблюдали собственными глазами?

— Только один. «Ноттингхиллские гонки».

— Как вы определили, в чем ошибка?

— Техники прошли вдоль всего аттракциона и обнаружили неисправные предохранительные стопоры. Я нашла в коде команду, изменившую поведение роботов.

— Как именно?

— Программа была скорректирована таким образом, чтобы ослабить стопоры, а не подтянуть их.

Уорн невольно вздрогнул. Роботы могли получить такие инструкции только двумя способами. Доступ к терминалу метасети имела только Терри. Либо она преднамеренно вручную перепрограммировала роботов, либо их задачу модифицировала сама система, и именно она стала причиной случившегося. Он снова ощутил нарастающую безысходность.

— Пап, — сказала в наступившей тишине девочка, — ну пойдем. Пожалуйста!

— Джорджия! — Уорн резко повернулся к ней, но тут же глубоко вздохнул, пытаясь подавить раздражение. — Извини, но мне нужно закончить. — Он посмотрел на экран, немного подумал, затем снова повернулся к дочери. — Вот что. Разрешаю тебе самой прокатиться на нескольких аттракционах. Что скажешь? Дай мне еще час. Нет, полтора.

— Не хочу одна, — сказала Джорджия. — Что в этом интересного?

— Иначе не получится, милая. Извини. Всего полтора часа. Встретимся у… — нашарив в кармане путеводитель, он развернул карту. — У стойки информации в Ядре. В четверть четвертого. И вместе закончим осмотр Дощатых Тротуаров. Хорошо?

Джорджия задумчиво пожевала губу, затем кивнула и встала.

— Спасибо за «геймбой», — сказала она Терри и, вставив в уши наушники и закинув за спину рюкзак, направилась к двери.

— Джорджия! — позвал ученый.

Она обернулась, остановившись на пороге.

— Никаких русских горок, никаких опасных аттракционов. Дождись меня.

Она нахмурилась.

— Обещаешь?

— Да, — вздохнула она и выскользнула из кабинета, закрыв за собой дверь.