Шрифт:
– Ну что это за карта… - презрительно пробормотал Никита, расправляя на столе прямоугольник мятой бумаги, на котором были нарисованы полоски дорог и рек, пятна брошенных деревень и крошечные пирамидки, наверное, холмы.
– Я думал, они со спутника какого… А она ж вообще от руки!
– Нам, главное, знать, в какой район ЧАЭС ехать надо, - возразил Химик.
– А это понятно, вон крестик, про который Слон говорил.
– Ну и толку? На машине весь этот путь не проделать. Почему он военных не нанял, если дружит с ними? На вертолете…
Химик покачал головой.
– Если бы к ЧАЭС легко было на вертолете подлететь, военные там бы уже давно обосновались. Я слышал, когда что-то крупное к ЧАЭС приближается, особенно по воздуху, это провоцирует большой выброс. Поэтому над Зоной самолеты почти не летают, даже высоко в атмосфере. И потом, если есть какие-то конкуренты, значит, вертолет сбить могут. Слону потому мы и понадобились с «Малышом» нашим…
– Думаешь, он знает, что у нас пробойник стоит?
– Черт его разберет, Никита. Может, конкретно про пробойник не знает, но догадывается, что какие-то необычные возможности у нас есть, какими другие не обладают. Так, ладно, смотри. Едем сейчас по этой дороге… - он повел пальцем по карте.
– Вот насыпь, по ней шоссе. Слева от шоссе скоро будет старый колхоз, правильно? Потом - поля сплошные и…
– А в колхозе у парней из Свободы лагерь, - перебил Никита.
– Там этот… Бегун за старшего, помнишь? Мы когда-то ему помогли…
– Помню. Они нас не тронут, какое Свободе до нас дело? Ладно. Значит, дальше Янтарь, но он далеко в стороне. А потом - совсем территории дикие. И меня беспокоит вот этот приток…
Они склонились над картой. Припять - широкая извилистая полоса - виднелась на самом краю. Дорога, по которой им предстояло ехать первое время, протянулась вдоль левого берега. От Припяти отходило много притоков, большинство - совсем небольшие речушки, через которые вели мосты или узкие дамбы, а то и вброд перебраться можно было. А вот приток Быстрый был шириной чуть ли не с саму Припять. На одном берегу нарисовано множество прямоугольников, рядом - какие-то буковки. Пригоршня прищурился, пытаясь разобрать.
– Лим… - прочел он.
– Ли… Лиманск! Ох ты - это ж призрачный город.
– Призрачный город?
– переспросил Химик.
– Вроде когда-то давно городок с таким названием неподалеку от Янтаря где-то был, а потом исчез. Много лет назад это было. Вроде это «ящик» бывший. При СССР могли же неподалеку где-то от ЧАЭС построить закрытый город, которого и на картах не было. Или там военный завод был, или еще что… Лаборатории какие-то, где элементы для ядерного оружия делали. А по этой карте получается, что Лиманск возле ЧАЭС, в нескольких километрах всего.
– Ладно, закрытый или не закрытый, главное вот: видишь, там мост нарисован? Только он…
– Только на самом деле это половина моста, - вставил Пригоршня.
– А по-моему, это означает, что он подъемный. Короче, нам через него придется как-то перебираться. Ладно, Лиманск уже почти в конце пути, а перед тем, выходит, мимо Свалки еще надо проехать.
Пригоршня зевнул во весь рот.
– Слушай, мы всю ночь не спали, - сказал он.
– И все утро. Давай передохнем хоть пару часов, а в полдень поедем. Нам вроде некуда спешить? Аванс у нас, - Никита оглянулся на стоящий в углу салона сейф. Когда-то он нашел его на Свалке, самолично очистил от ржавчины, договорился с Бородой, чтобы тот поставил несколько хороших замков - два кодовых, еще два обычных, ключи от которых имелись только у них двоих. Сейф был приварен к полу, так что из броневика его не вынести. Чемоданчик с сорока тысячами лежал внутри.
А вот Черный Ящик стоял рядом: в сейф не влез. Пригоршня подошел к нему, присел на корточки. Провел ладонью по гладкому боку, зачем-то подергал одну из ручек-скоб - и убрал руку.
– Что, не нравится он тебе?
– спросил Андрей.
– Не-а. Зловещий какой-то, угрюмый. Хотя какая разница, нравится или нет? Наше дело доставить на место, вернуться и деньги получить. Все, надо поспать хоть немного.
– Выпрямившись, Никита пошел к своей койке.
– Сигнализацию не забудь включить.
5
Курильщик слушал Емелю долго, заставил дважды все рассказать, расспрашивал про детали, про мелочи всякие. Расположение Лесного дома заинтересовало его куда меньше, чем описание того, как броневик спешно покинул холм и как один из черных бросился на него, пытаясь остановить.
– Ладно, отдыхай, - разрешил он наконец.
– Час у тебя, потом поедем.
– Куда еще?
– проворчал Емеля, впрочем, не слишком недовольным тоном. Он был рад, что хозяин не разозлился из-за смерти двоих сталкеров.
– В одно место. Мне только кое-что проверить надо будет и… Там Заика в комнате спит. Втроем поедем.
– Заика?! Так он жив?
– Ну да.
– Курильщик явно был доволен произведенным эффектом.
– Только в царапинах весь, да палец вывихнут. Долдон его уже назад, того… ввихнул.
Емеля был человеком добродушным, незлобивым и компанейским. Услыхав, что друг Заика жив, он искренне обрадовался, повеселел.
– Когда Заика вернулся?
– спросил сталкер.
– Где-то за час до тебя. Грязный, куртку порвал… наверно, всю дорогу бежал. Но он же ты знаешь какой - ничего толком рассказать не может, только заикается и слюной брызгает. Ладно, все, поешь и поспи - времени немного.