— Хм… Инструмент? Не знаю, хрусталь по любому надёжней. Хочешь, подберу что-нибудь подходящее? Недорого возьму.

— Да некогда мне, утром отплываю. Мне бы чуть шлифануть и всё, я заплачу, — вытащил серебряную монету.

Мастер вздохнул и задумчиво повертел монету в руках.

— Деньги конечно хорошие…. Значит, говоришь только отшлифовать?

— Да-да, легонько пройтись и всё, лишь бы прозрачными стали.

— Прозрачными? — мастер поглядел стекло на просвет. — Можно. А кто ж тебе их так подрал?

— Да сам я, — смутился Алексей. — В дороге на ходу точилом.

— Точилом? — усмехнулся мастер. — Долгонько ты должно быть валтузил.

— Да луну почитай.

— Луну? Ну у нас-то побыстрее выйдет, к вечеру сделаем. А шлифуют совсем по-другому. Пошли…

Провёл в отгороженный закуток. Юный паренёк остановил шлифовальный круг и поднял вопросительный взгляд.

— Есть срочная работёнка Рагху, — мастер протянул линзы. — Стекло. Надо к вечеру отшлифовать до прозрачного.

Паренёк поглядел заготовки на просвет, лизнул языком и сплюнул.

— Сделаем…

Сменил абразив на войлок, смочил тёмной масляной жидкостью и уселся за стол. Быстро разогнал круг и принялся за работу. В воздухе остро запахло палёным. Алексей заинтересованно наклонился к мастеру:

— А что за масло, если не секрет?

— Да какой там секрет! Олива с тонко молотой каменной пылью. Пойдём, не будем мешать. Кстати, сам придёшь, или посыльным прислать?

— Лучше посыльным. На пристани пусть спросит багалу достопочтенного Ясира, а там Салеха позовёт.

Вернувшись к Насиру, Алексей невольно усмехнулся. Похоже, высокие договаривающиеся стороны наконец пришли к взаимному консенсусу. Покрытый багряным румянцем торговец несколько дёргаными движениями пересчитывал монеты. Насир чуть полюбовался жемчужным блеском ожерелья и сунул за пазуху.

— Присмотрел что-нибудь? — заинтересованно повернулся.

— Да нет, — отмахнулся Алексей. — Стекло мастерам отдал, немного доделать надо.

— Тоже дело. Слушай, а давай ещё немного походим? Кинжалы посмотрим…

Побродили по рядам ещё немного, а потом ещё немного. На пристани оказались уже далеко за полдень. Пронзительные крики суетливых чаек растревожили душу. После уже непривычного многолюдья вспомнилась первая поездка с родителями в Москву. Эскимо, Красная площадь, ВДНХ — к вечеру ноги почти отваливались. «Как давно это было, — Алексей грустно усмехнулся. — Вернее сказать, ещё будет…. Или есть?»

Насир мельком глянул на первое судно и поспешил дальше. Алексей невольно остановился. Тогда с высоты перевала корабли показались какими-то крошечными детскими игрушками. И только сейчас оценив истинные размеры, невольно восхитился красотой судов. Настоящие двухмачтовые парусники! Словно попал на массовку какого-то пиратского фильма. Машинально пробежал глазами по швам корпуса. Удивительно, ни одного гвоздя, всё на деревянных шипах и пальмовых канатах. Как такое вообще может плавать!

— Ну что встал? — подскочил Насир.

— Это и есть багала? — Алексей заворожено показал на парусник.

— Да-а-а, — Насир сокрушённо вздохнул. — Вообще-то это ганья. Что не видишь, какая маленькая? Багала намного больше. Слушай, пошли, а? — нетерпеливо дёрнул за рукав. — И так задержались, дядя с меня голову снимет!

— Иду, иду! — Алексей поторопился следом, восхищённо оглядываясь на каждом шагу.

Минут через пять торопливой ходьбы Насир облегчённо вздохнул:

— А вот и наш Асад!

Алексей удивлённо взглянул на огромный богато украшенный резьбой корабль.

— Так ты вроде говорил багала?

Насир как-то весь сник.

— Посмотри сюда, — удручённо показал на нос судна, увенчанный затейливо вырезанной головой оскаленного льва. — Знаешь такого зверя?

— Лев.

— Вот, — просиял Насир. — Отсюда и имя! Понял?

— Угу.

— Всё, хорош болтать, пошли! — Насир поспешил вверх по шаткому трапу.

Два молодых араба на борту побросали растрёпанные хвосты канатов и кинулись навстречу с распростёртыми объятиями:

— Насир! Пропащая душа!

— Провизию привезли? — наобнимавшись, первым делом уточнил Насир.

— Давно! Уж всё погрузили, — махнул рукой что постарше. — Почтенный Ясир все глаза проглядел! Куда ты пропал?

— Да пришлось чуть задержаться. Кстати, знакомьтесь — это Салех, наш врач.

Арабы кисло переглянулись.

— Но-но! Хороший врач, — многозначительно добавил Насир.