— А Басим это кто?

Камиль заметно напрягся и потупился, нервно закусив губу. Пару раз быстро глянул на родовой перстень и решился говорить начистоту.

— Салех, могу я узнать, откуда у тебя этот перстень? — робко взглянул прямо в зёлёные глаза.

— Этот-то? — Алексей небрежно приподнял ладонь. — Так один человек подарил. А что?

— Как он выглядел?

— Э-э-э, как сказать. Такой довольно властный муж в годах. Ещё старый рубец через всё лицо шёл.

— Сабельный шрам, — тихо произнёс заметно побледневший Камиль. — Это мой прадед…

— Вот оно что! — Алексей досадливо хлопнул себя по лбу. — Почтенный Халиб из рода Шаддата?

Принц оторопело кивнул.

— А я-то всё думаю, откуда мне твоё лицо знакомо! — восхитился Алексей. — А оно вон откуда! Весь в прадеда пошёл!

Камиль обалдело захлопал глазами.

— Понимаешь, я тут как раз гостил у хозяина здешних мест…

— Ты видел самого Маджнуна? — глаза принца полезли на лоб.

— Ну да, прямо вот как тебя сейчас, — подтвердил Алексей.

Всё-таки мир тесен. Что ни говори, приятно снова встретить старых знакомых. Пусть даже их потомков.

— Но как? Ведь наверно уже лет сто прошло, — недоумённо взглянул Камиль.

— Да что ты говоришь? Уже сто? — искренне удивился Алексей. — Как время-то летит, — сокрушённо вздохнул. — А кажется будто вчера…. Значит правнук. Что ж, рад, очень рад. А ваш род значит, всё так же царствует в Убаре?

Принц кивнул и обмяк. На душе стало как-то спокойно и легко. Если уж сам прадед подарил родовой перстень, то Салеху точно можно доверять. Такие вещи просто так не дарятся. Правда джинн выглядит совсем не как старик, а скорее даже наоборот, но с другой стороны, кто их разберёт, этих джиннов, может у них так положено.

— А если ты друг прадеда, сколько же тогда тебе лет? — потрясённо вгляделся в совсем молодое лицо.

— В самом расцвете сил, — Алексей изо всех сил постарался не улыбнуться. — Тысячи две, ну может чуть больше. Да кто ж их считает-то? Сотней больше, сотней меньше…. Кстати, а тебе сколько?

— Пятнадцать, — прошептал принц.

Цифра прозвучала просто смешно. По сравнению с возрастом джинна считай и не родился.

— О! Неплохо, уже не мальчик, но муж. Ладно, что-то мы совсем отвлеклись. Так что ты там говорил про Басима?

— Наш визирь, — принц гневно сжал кулаки. Добраться бы до этой льстивой гадины со змеиными зубами!

— Визирь? Да, визири всегда были каверзным народцем, — задумчиво согласился Алексей. — А с чего ты вообще это взял? Вдруг ошибся?

— И вовсе не ошибся! — горячо взвился принц. — Его имя ещё те назвали, — кивнул назад.

Торопясь, что совсем недостойно будущего наследного правителя, сбивчиво поведал всю предысторию. Как Басим живо расписывал все прелести охоты, как хвалился головой якобы собственноручно убитого льва и как утром перед выездом маялся животом и остался во дворце. А потом свои же ударили в спину…

— Да уж. Выглядит очень подозрительно, — согласился Алексей. — Ладно. Не огорчайся. Предательство всегда было и будет. Теперь главное — не горячиться. Раз тебя предали, то у этого Басима наверняка полно тайных соглядатаев. Поэтому мы не будем торопиться. Скрытно, потихоньку доберёмся до города, а уж опосля…, — выразительно глянул на жадно слушающего паренька, — намотаешь его бороду на кулак и поспрашиваешь как следует. Согласен?

— Согласен!

— Только вот почему он на тебя зуб имеет? — задумчиво осведомился Алексей. — Может ты его обидел чем, или девицу увёл? А? Вспоминай, это важно!

— Нет, что ты! — удивлённо взглянул Камиль. — Никого я не уводил!

— А что ты так смотришь? — усмехнулся Алексей. — Парень ты молодой, видный, законный…. Ах, вот оно что! У тебя братья есть?

— Только старшие сёстры, — встревожено глянул принц. — Уже давно замужем.

— Вот то-то, — вздохнул Алексей. — Понимаешь, чем дело пахнет? Старо как мир. Власть. Самая сладкая мечта всех времён и народов, а ты единственный наследник.

— Да как же он…. Да отец…, — Камиль задохнулся от возмущения.

Все кусочки мозаики мигом стали на свои места. Салех попал в самую точку. И странная смерть матери, и затянувшаяся болезнь отца, и слишком уж радушная улыбка этой льстивой гадины…

— У-у-у, да я вижу тебе совсем худо, — встревожился Алексей. — А ну-ка попей водички, — протянул фляжку.