– Я не поэтому приехал.

– Разве ты не должен быть на полпути в Дубай? Мне казалось, что у тебя срочные дела там.

– Они на самом деле срочные. Но есть что-то важнее этого.

На лице Дженны появился испуг. Но она тут же успокоилась. С Мэг все в порядке, а все остальное – ерунда!

– Что же такого важного приключилось? Давай же, говори скорее.

Он взял ее ладони и крепко сжал.

– Я не хочу, чтобы все заканчивалось. То, что у нас было, – слишком хорошо, чтобы разбрасываться.

Вчера он исчез из ее жизни – снова. А теперь вернулся и хочет, чтобы она тут же кинулась в его объятья?

– Предлагаешь продолжать играть в этот фарс?

– Да! – Гейдж помотал головой. – То есть нет…

– Я знаю, чего ты хочешь: прилетать в Сидней и всегда находить дверь в мою спальню открытой.

– Все намного сложнее, чем ты думаешь.

Ни с кем она не чувствовала себя настолько полной жизни, как с ним. С ним она была женщиной.

– Ничего сложного. Ты не хочешь пускать корни. Помнишь, сам говорил? То, что было между нами, было временно.

– Я хочу, чтобы это было более чем временно.

Она почти вслух засмеялась.

– Хочешь развлечься еще пару недель? Так?

Он играл с ее сердцем. Но, черт возьми, она достойна большего.

Дженна отступила назад, освобождаясь от его рук.

– Тебе пора.

– Я… не могу.

– Тогда я могу. – Она быстро зашагала к выходу.

– Я хочу сделать тебя счастливой. Сделать нас счастливыми, – Гейдж отчаянно кричал ей в след.

Дженна остановилась и, не поворачивая головы, произнесла:

– И каким же образом ты собираешься это сделать?

– Давай поженимся. По-настоящему.

Слова словно ударили ее в самое сердце. Что значил брак для такого человека, как Гейдж? Обязательства или же удобство? К тому же она сейчас решает не только свою судьбу. Теперь она мама и должна думать в первую очередь о ребенке.

Она повернулась, чтобы посмотреть ему в лицо.

– Мне надо думать о Мэг. И если я соглашусь на то, чтобы ты стал ей отцом, отцом, которого она будет помнить только по фотографиям, который будет постоянно отсутствовать, то я ничем не лучше Линн.

Девочке надо быть уверенной, что она может положиться на отца. Уж она-то это знала лучше всех.

– Дженна, мне нужно сказать тебе… Есть вещи, которыми я не горжусь.

Его взгляд был искренним, он словно молил, чтобы она выслушала его.

– У всех есть вещи, о которых они жалеют. Но не надо жалеть о том, что случилось за последние несколько недель. Ты сделал намного больше, чем думал. И я тебе очень благодарна. Но не надо портить все. Пришло время нам дальше жить.

Его голос звучал ниже, чем обычно.

– Я хочу, чтобы у нас была семья. Полноценная семья.

Ее сердце замерло. Похоже, он на самом деле скучал по ним. Может, так и есть и сейчас он хочет иметь семью? Но как можно быть уверенной, что завтра же он не передумает?

Она опустила голову и медленно повернулась, чтобы уйти.

– Дженна, я люблю тебя.

Эти слова завладели всей ее волей, лишив возможности двигаться, думать, дышать. Несмотря ни на что, ей хотелось в ответ тоже признаться в любви. Сколько раз она произносила эти слова в мечтах. Но сейчас они только сделают ее уязвимой.

– Если хочешь, я оставлю работу, – продолжил он. – Не поеду в Дубай – мне все равно.

Ее сердце сжалось, и она заглянула ему в глаза.

– Дело в том, что ты будешь скучать именно по тому, как ты зарабатываешь деньги. Это то, какой ты есть, Гейдж. Если все бросишь, то потеряешь себя и в итоге снова прыгнешь на самолет, чтобы заработать миллион-другой еще где-нибудь. Ты сбежишь.

– Этого не произойдет.

– Из всех людей именно твоему обещанию мне трудно поверить.

Дженна зашагала по мокрому кафелю и поскользнулась. Ударившись об бордюр, она очутилась в воде. Тело сводило от боли, когда она коснулась дна. Не способная пошевелиться, Дженна начала захлебываться.

Через несколько секунд она почувствовала, что ее кто-то тянет наверх. Еще мгновение – и Гейдж вытащил ее на край бассейна и вылез сам.

Боль заполняла все тело Дженны, и даже когда она пыталась говорить, то выходили одни звуки.

Он поднял ее на руки.

– Я отвезу тебя в больницу.

Гейдж понес ее в дом. Но уже через несколько минут она могла нормально двигаться, ничего не было сломано. Она откашлялась, и ее голова уже не была туманной.

– Кажется, я в порядке, – пробормотала Дженна. – Можешь поставить меня на пол.