— Дорогая, на завтрак можешь съесть яйца, — сообщила миссис Блентон. — А как насчет того, чтобы полакомиться вафлями?

— Ни того, ни другого, — ответила Талия. — Сегодня мне не хочется есть.

— Надо завтракать, — настаивала мать. — Это самая…

— Главная еда дня, — прервала Талия, договорив за нее. — Я знаю…

— Я понимаю, что веду себя как мать. Но без завтрака человек не может жить, — разглагольствовала миссис Блентон, радужно улыбаясь. — Это элементарный закон природы.

Талия заставила себя съесть две поджаренные вафли в сиропе, затем с трудом поднялась наверх, быстро приняла душ, надела самые удобные джинсы и не по размеру большой свитер. Для школы она обычно одевалась более модно, но сейчас ей не хотелось этого делать. Чуть накрасила губы и улыбнулась себе в зеркале. Ей ответила красивая, веселая девочка, лицо которой обрамляли шелковистые светлые волосы. «Что ж, — решила она, — я, по крайней мере, не похожа на развалину».

Как обычно, Талия не нашла много слов для матери во время десятиминутной поездки в школу. Они были близки друг другу, но Талия не относилась к «жаворонкам» и до обеда не могла собраться с мыслями. Мать знала об этом по долгому опыту и оставляла дочь наедине с собой. Брат Талии, студент второго курса в колледже Дюка, был точно таким же.

Миссис Блентон улыбнулась, остановив машину у главного входа в школу Шейдисайд Хай.

— Пока, Талия. Я проведу весь день в суде, затем придется поехать в контору. Но к шести буду дома.

— Хорошо, — рассеянно ответила девушка. — Я хотела сказать, до встречи.

«Что со мной? — удивлялась Талия, медленно идя по дорожке. — Почему я вся такая разбитая?»

Когда она вошла в здание, то увидела Сета, который стоял у ее шкафчика и ждал, словно верная собака. «Мне не хочется встречаться с ним, — подумала она. — Не сейчас». И прежде чем он заметил ее, Талия повернула за угол и исчезла.

Раньше по утрам ей первым делом очень хотелось увидеть Сета. Но теперь она в этом не была уверена. До того как Сет стал отчужденным, он ходил за ней по пятам, как назойливый младший брат. Когда же он проявлял к ней равнодушие, Талия задыхалась от гнева. С ним нельзя было избежать крайностей. И сейчас пора сделать передышку.

Как быть с Сетом? Бросить его? Продолжит, встречаться с ним? Посадить рядом с собой, поговорить по душам? Сказать ему, что она недовольна развитием их отношений? Талия не могла решиться. Было бы жестоко порвать с ним сейчас, когда он так расстроен смертью отца. Девушка решила, что придется еще немного подождать, пока он не окрепнет, чтобы перенести это.

Она вернулась туда, где стоял Сет, но его нигде не было видно. Две знакомые девочки — Джейд Смит и Дина Мартинсон окликнули ее. Она помахала им и занялась своим шкафчиком. Ни с кем не хотелось разговаривать.

Талия почувствовала себя лучше, когда закончились занятия в «домашней комнате» школы и она отправилась на урок математики. Мать, похоже, говорила правду насчет вафель. Талия села рядом с Нессой и положила тетрадь на парту.

— Привет, — сказала Несса.

— Как бы не так! — хмуро отрезала Талия.

— Что с тобой происходит? — спросила Несса.

Талия пожала плечами:

— Плохая ночь.

Стоявший перед классом мистер Хенсон откашлялся. Заскрипели стулья, зашуршали тетради, болтовня прекратилась.

— Талия, — начал учитель, — мне надо поговорить с тобой.

— Что? — Талия засомневалась, правильно ли расслышала его.

У него был серьезный вид, в голосе слышалось недовольство. Девушка бросила быстрый взгляд на Нессу, которая отвернулась и что-то шептала Мауре. Глаза Мауры от удивления округлились. «Что-то не так», — подумала Талия, нерешительно поднимаясь со стула.

По пути к столу учителя она прошла мимо Руди и Сета. Руди с сочувствием взглянул на нее. Сет опустил голову, делая вид, что еще раз проверяет решение домашней задачи. Нервничая, Талия стояла перед мистером Хенсоном и пыталась улыбаться.

— Да? Что-то не так?

Мистер Хенсон не улыбнулся. Это был лысеющий, розовощекий человек с очками в черепаховой оправе. Насколько Талия могла судить, у него было всего два костюма — один синий, другой серый. Он носил их по очереди. Сегодня на нем был синий.

— Выйдем из класса, — сказал мистер Хенсон, поднимаясь со стула. — Я хочу поговорить с тобой наедине.

Когда они оказались в коридоре, мистер Хенсон передал ей лист бумаги. Это была вчерашняя домашняя работа. Талия вздрогнула. Сет сделал ее, пока она смотрела телевизор. «Больше никогда так поступать не буду», — решила она.

— Скажи мне, пожалуйста, — начал учитель, подозрительно глядя на нее, — это твоя работа?

— Конечно моя. — Талия пыталась говорить убедительно, но ее голос прозвучал резко и нерешительно.