— Вообще-то нет, — наконец сказала она. — Если не ошибаюсь, остальным нанесли множество ран.

— И не все эти раны были смертельны?

— Об этом говорить рано, но, вероятно, вы правы.

— Благодарю вас.

Судебный медик ушла. Оставшись одна, Виви Сундберг обыскала комнату и одежду мальчика в надежде найти хоть что-нибудь, что поможет установить его личность. Безуспешно, даже автобусного билета нет. Она спустилась вниз, вышла на улицу. Ей хотелось побыть наедине со своими мыслями, поэтому она зашла за дом, задний фасад которого смотрел на покрытое льдом озеро, и попыталась разобраться в увиденном. Мальчика убили одним ударом, остальных изрезали чуть не на куски. Что это может означать? Напрашивалось только одно объяснение, причем весьма пугающее. Тот, кто убил ребенка, не хотел, чтобы он мучился. Тогда как другие фактически подверглись долгим пыткам.

Виви стояла, глядя на затянутые дымкой горы на дальнем берегу. Он хотел, чтобы они мучились. Орудовал мечом или ножом, желая, чтобы они осознали, что умрут.

Зачем? Ответа на этот вопрос Виви не находила. Мощный рев мотора заставил ее вернуться к крыльцу. Из-за леса появился вертолет и, подняв тучи снега, приземлился на поле. Из кабины выпрыгнул Тобиас Людвиг, а вертолет тотчас снова поднялся и взял курс на юг.

Виви Сундберг пошла навстречу начальнику. Он был в полуботинках и на ходу увязал в снегу выше щиколотки. Со стороны точь-в-точь как насекомое, барахтающееся в снегу, трепеща крыльями.

На дороге они встретились. Людвиг смахнул с себя снег.

— Пытаюсь осмыслить, — сказал он. — То, что ты рассказала.

— В здешних домах множество покойников. Ты должен их увидеть. Стен Робертссон тоже тут. Я вызвала на подмогу все возможные ресурсы. Но теперь твой черед позаботиться, чтобы мы получили необходимую помощь.

— Нет, я все-таки не понимаю. Много убитых? Только старики?

— Одна жертва выбивается из общей картины. Мальчик. Тоже убит.

В четвертый раз за это утро она обошла дома. Тобиас Людвиг шагал рядом и только стонал. Закончили они у палатки с ногой. Судмедэксперт куда-то ушла. Тобиас Людвиг растерянно покачал головой:

— Что же тут случилось? Наверно, не иначе как дело рук психопата?

— Мы не знаем, одного ли. Может, их было несколько.

— Психопатов?

— Кто знает.

Людвиг пристально посмотрел на нее:

— Мы вообще хоть что-то знаем?

— Фактически ничего.

— Дело слишком крупное для нас. Нужна помощь.

— Это твоя задача. Кроме того, я сказала журналистам, что в шесть состоится пресс-конференция.

— Что мы скажем?

— Все зависит от того, скольких родственников нам удастся разыскать. Это тоже твоя задача.

— Разыскивать родственников?

— Поименный список у Эрика. Начни с организации работы. Вызови незанятых сотрудников. Ты же начальник.

По дороге к ним направлялся Робертссон.

— Жуткий кошмар, — сказал Тобиас Людвиг. — Интересно, в Швеции когда-нибудь случалось подобное?

Робертссон покачал головой. Виви Сундберг смотрела на обоих мужчин. Ощущение, что надо торопиться, что, если она промедлит, случится что-то еще более страшное, с каждой минутой усиливалось.

— Начни с имен, — сказала она Тобиасу Людвигу. — Мне вправду нужна твоя помощь.

Потом она взяла Робертссона за локоть, повела по дороге.

— Что думаешь?

— Думаю, что мне страшно. А тебе нет?

— Недосуг мне к себе прислушиваться.

Стен Робертссон искоса взглянул на нее.

— Но ты ведь делаешь какие-то умозаключения? Как всегда.

— Не в этот раз. Может, тут орудовали десять человек, а мы не в состоянии ни подтвердить это, ни отрицать. Работаем объективно, без предвзятости. Кстати, ты должен участвовать в пресс-конференции.

— Терпеть не могу разговаривать с журналистами.

— Придется.

Робертссон ушел. Виви Сундберг уже хотела сесть в свою машину, когда увидела, что к ней, размахивая чем-то над головой, бежит Эрик Худден. Орудие убийства нашел, подумала она. Было бы замечательно, оно очень нам пригодится. Если не сумеем схватить преступника в ближайшее время.

Но в руке у Эрика Худдена оказалось не оружие, а пластиковый пакет, который он передал ей. В пакете лежала красная шелковая ленточка.

— Собака нашла. В лесу. Метрах в тридцати от ноги.

— Следы там были?