Изгибаясь, словно морская волна, акробатки прошлись в танце, а затем, под усилившийся рокот бубна, одна ловко вскочила на плечи подруге, выпрямилась, воздев руки к небу… и вот уже встала на одной ноге, широко расставила руки, словно летящая куда-то в неизведанную даль птица.

Народ восхищенно загудел, послышались одобрительные крики. А девушка, словно в невесомости, спрыгнула наземь и поклонилась. Затем подружки переглянулись и прошлись колесом, казалось едва касаясь земли кончиками пальцев.

Красивые девушки… очень красивые. К тому же – блондинки, не очень-то обычное дело для Хат-Уарита, как и для всей Черной земли. Однако сейчас некогда на них любоваться, не время.

Вспомнив о делах, Максим ткнул юного водоноса кулаком в бок:

– Ну, что засмотрелся? Идем!

Когда фараон вернулся домой, в свою хижину, там уже поджидал его верный Бата. И сразу приступил к докладу о Сетиур-ка-птахе. Почти целый день мальчишка ошивался возле ворот его дома и кое-что узнал, точнее сказать – увидел. Увидел, как слуги привели в дом двух девчонок, по виду – рабынь или служанок… или даже проституток, ну, явно не дам из общества. Девчонки испуганно жались друг к другу, оглядывались и вообще, как заметил Бата, не выглядели сытыми.

Девчонки… Две… Интересная, однако, новость, особенно в свете того, что уже было известно о купце и его мальчиках.

– Хм… И зачем только ему эти девушки? – задумчиво протянул Максим.

– Не знаю, господин. – Бата покачал головою и, повернувшись, поправил висящую в дверном проеме циновку. – Может, они прибираться в его доме будут?

– Что, там некому прибраться?

– Или варить пиво?

– Еще скажи – плясать и услаждать слух! – Фараон рассмеялся и тут же спросил: – Красивые хоть девчонки-то?

– Очень красивые, господин! – без раздумий отозвался Бата. – Нездешние, не смуглянки. Светловолосые… верно, они из моего народа.

– Шарданки?! – удивился Макс. – Однако везет мне на них. Значит, говоришь, светленькие?

– Светленькие, мой господин.

– Угу. – Правитель Черной земли ненадолго задумался, после чего послал Бату за десятником Манкасеем. Пора было уже тому отрабатывать подаренную ему жизнь!

В ожидании вечера Максим навестил Пиатохи, поведав тому о заброшенной каменоломне, в которой, как выяснилось, полно еще было известняка.

– Я вот думаю, неплохо бы нам эту каменоломню прибрать к рукам, – открыто посоветовал Макс.

Идея сия поначалу не вызвала у кладовщика особого энтузиазма.

– И зачем нам заброшенная выработка? Камнем будем торговать? Так кто сейчас его купит?

– Мы, дружище, и купим, – хитро улыбнулся молодой человек. – Сами у себя! Мы ведь ремонтируем казарму… Да и на ремонт городских стен выделены немалые средства.

– Постой, постой! – Пиатохи, похоже, наконец сообразил, что к чему, и довольно улыбнулся. – Понял тебя! Только нужно будет вступить во владение каменоломней через подставных лиц… Это мы обмозгуем, сегодня же обмозгуем… Молодец, Джедеф! Я всегда знал, что ты умный и хитрый. Ну а что там с земляным маслом?

– Ищу подходы к купцу Сетиур-ка-птаху. Удалось выяснить – он любит мальчиков. На этом мы его и…

– Ха, тоже мне секрет! – громко расхохотался Пиатохи. – Да об этом весь город знает. Подумаешь… Кто как хочет, тот так и живет – чего уж в этом такого? Так что не понимаю, на чем мы этого купчину подловим?

– Найдем на чем, был бы человек…

– Это ты верно заметил, Джедеф, очень верно! Вот и занимайся этим купцом, а я уж, так и быть, возьму на себя самое трудное – каменоломню.

– Ха! И этот человек только что обозвал меня хитрецом! – ухмыльнулся Макс. – А сам… Ладно, насчет купца – я не против. Он, оказывается, еще и покупает девчонок-рабынь!

– Девчонок? – Кладовщик удивленно приподнял правую бровь. – Вот уж, воистину удивительно – Сетиур-ка-птах и девчонки. Впрочем, он богатый человек и может себе позволить все, что угодно. Разумеется, кроме богохульства и оскорбления царствующего величества. Вообще, скажу тебе по правде, этот купец – крепкий орешек, и не так-то просто будет найти к нему подход. Ну, купил девок – и что? Даже если он их убьет – будет в своем праве.

– Я думаю, может, подсунуть купчине своего человечка? Какую-нибудь девушку…

– Нет у нас верных девушек, – рассмеялся Пиатохи. – Лучше подсунь ему своего братца! Ладно, ладно, не обижайся, шучу!

– Братца, говоришь? – Максим задумался. – А что? Идея хорошая, клянусь всеми богами Дельты!

К вечеру вернулся с докладом Манкасей. Поклонившись, уселся на циновке с подобострастной улыбкою. И, выпив поданного Батой вина – аж покраснел от такой чести! – огорошил: