– А где…

Сетнатх молча взял его за руку, подвел к стоявшему у дальней стены широкому ложу на низких деревянных ножках в виде позолоченных львиных лап и жестом показал – ложись. Снова пожав плечами, юноша улегся, заложив за голову руку, – ничего не поделаешь, в гостях воля не своя…

Что? Что-то не так? Ах, перевернуться на спину… понятно.

Макс исполнил требуемое, и Сетнахт громко хлопнул в ладоши. Два раза – хлоп-хлоп. И сразу же, словно только того и ждали, в зал вбежали две грациозные длинноволосые девушки, по местному обычаю – абсолютно голые, если не считать узенького пояска на бедрах, браслетиков, серег, ожерелий. Одна держала в руках какой-то небольшой голубоватый сосуд, вторая – кувшин из ярко начищенной меди. Из кувшина шел тот самый медовый запах, который Максим почувствовал еще раньше, голубой сосуд пах иначе, но тоже изысканно, вкусно.

Подбежав к ложу, девушки изогнулись и, что-то напевая, принялись делать гостю массаж, умело умащивая его тело благовониями и какими-то пахучими маслами. Максим вытянулся и зажмурил глаза – ну до чего ж было приятно! Негромкое пение, ласковые руки девчонок… опа! Засаднила рана на правом предплечье… ага, боль тут же утихла – одна из девушек ловко наложила на рану повязку с какой-то мазью. И той же мазью – холодной, приятной – смазала все синяки и шишки на теле Макса. Ах, ну до чего же хорошо здесь!

Здесь-то хорошо… А как же там, на реке? Что случилось с людьми Пенгабена, с Тейей? Успели ли они уйти, оторваться от бандитов? Наверное, успели. Должны были успеть, по крайней мере в это сейчас хотелось верить. Ушли, ушли, чего уж! А раз так, то они с Тейей еще встретятся обязательно встретятся, что бы ни случилось. Тейя… И – Пебаст. Макс снова почувствовал какую-то неловкость, хоть Тейя и не была, что называется, его девушкой… но Пебаст… Хотя она ведь сама напала, первой…

Девушки терли его с все нараставшим усилием, одна из них, усердно намазав ароматным маслом свою грудь и живот, прилегла рядом, прильнув к молодому человеку всем телом. И точно так же поступила вторая, потеревшись носом о шею юноши.

Максим ощутил вдруг, что не в силах больше терпеть – ну а кто бы оказался в силах? Разве что какой-нибудь святой или евнух…

Девушки ласково перевернули парня на спину, одна положила его голову себе на колени, другая оказалась сверху – смуглотелая, с золотистой кожей и подкрашенными изумрудно-зелеными тенями глазами. Небольшая, но твердая грудь ее упруго вздымалась, бедра и плоский животик лоснились от благовонных масел… О боже…

Максим обхватил ее за талию, погладил, прижал к себе…

А потом то же самое повторилось и со второй девушкой.

Чудо!

Затем в руках у девчонок вдруг появились острые бритвы. Одна из них, усадив гостя на ложе, дотронулась до его волос.

– Э, нет! – вдруг воспротивился Макс. – Прическу не трогайте – не хочу лысым ходить.

Обе озадаченно переглянулись, а Сетнахт… Кстати, а где он был? Неужели подглядывал, прячась за колонной? Так или иначе, тот снова хлопнул в ладоши, и девчонки, соскочив с ложа, подняли гостя под руки и принялись одевать.

Набедренная повязка, поверх – длинная полупрозрачная рубашка из тончайшей ткани, какая-то гофрированная юбка, передник, пояс, браслет, ожерелье. Волосы причесали, умастили – теперь и не поймешь, своя шевелюра или парик.

Удовлетворенно взглянув на гостя, Сетнатх махнул рукой. Девушки тут же испарились, на прощание игриво подмигнув Максу. Откуда-то из-за колонн явственно потянуло сквозняком.

– Ну, вот ты и готов, друг мой, – по-французски произнес появившийся в зале Якба. – Надеюсь, мои служанки тебя не обидели?

Служанки?! Ну ничего себе! А вдобавок еще и дворец, – а как же еще назвать все вокруг? – и немаленькая, похоже, власть.

– Кто вы, месье Якба?!

Хозяин дворца прищурился и выставил вперед ногу:

– Я – часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо.

Надо сказать, это было довольно туманное объяснение, однако Максу больше ничего спросить не удалось – месье Якба пригласил его ужинать.

Печеная рыба, дичь, какие-то хрустящие хлебцы нескольких видов, пиво, даже вино – давно проголодавшийся Максим откровенно насыщался, не обращая особого внимания на приличия. Кстати, сам хозяин тоже ел руками, время от времени споласкивая их в подносимой служанками чаше с ароматной водой. Служанки были все те же – голые.

– Мы с тобой сейчас просто перекусим, – ухмыльнулся Якба. – А потом, быть может, даже завтра, устроим настоящий пир. Все честь по чести – с музыкой, танцами. А вот гостей не обещаю, неоткуда им пока здесь взяться.

– А мы вообще где? – ополоснув руки, поинтересовался молодой человек.

Якба улыбнулся:

– Можешь считать, что ты в моем загородном доме! Как тебе?

– Да вроде неплохо. – Максим пожал плечами. – Только немного странно – я пока не видел ни телевизора, ни какой-нибудь музыкальной аппаратуры.