— Твою улыбку следует понимать как согласие? — не отступала Иона.

— Само собой разумеется, — с мальчишеской беспечностью бросил Адам.

— Прекрасно. Значит, сегодня вечером мы все отрепетируем, и завтра вечером все пройдет без сучка, без задоринки.

— Отлично.

Иона внимательно посмотрела на Адама.

— С тобой все в порядке? Ты словно витаешь в облаках. Насколько я слышала, — вздохнула она, — у Форчэнов дела плохи. Я видела программу «Новости» по телевизору в баре. Там говорили о забастовке в компании Форчэнов. Один телекомментатор взял интервью у Пита. Тот был абсолютно непробиваем, как всегда, и заверил, что он полностью контролирует ситуацию. Ах да, угадай, кто стоял с ним рядом?

Адам бросил на Иону недовольный взгляд и ничего не ответил. Ее тонкие брови высоко взлетели.

— Слава Богу, милый Адам, что ты не ревнив.

— Я понимаю, что это всего лишь репетиция, но все же немножко больше души, Адам, — с некоторым раздражением заметила Иона. — Куда делись твои чары? Мы на тебя так надеемся. Завтра тебе предстоит завлечь кучу народа, чтобы люди выложили как можно больше денег за эти безделушки. В конце концов, дорогой, не забывай, это же благотворительный аукцион.

— Вероятно, мои чары утратили силу воздействия, — с неподдельной горечью ответил Адам.

Они с Ионой сделали маленький перерыв и отдыхали за столиком в клубном баре. Иона потягивала коктейль с шампанским. Адам склонился над двойным мартини.

— Лаура Эшли? — с понимающей гримаской спросила Иона.

На лице Адама не дрогнул ни один мускул, но и никаких протестов не последовало.

— Да, милый, это ж надо сломаться именно на такой женщине, подумать только... потерять сердце...

— Да хватит тебе, не драматизируй, — усмехнулся Адам и постучал себя в грудь. — Мое сердце, кажется, на месте.

— Я и сама знаю, — улыбнулась Иона. — У тебя доброе сердце, Адам. Итак, что за проблема с твоей беспамятной красоткой?

— Я запутался, — искренне признался Адам. — Мне кажется, что отчасти это связано с ее... обстоятельствами. Она об этом особенно не распространяется, но можно себе представить, что за страдание — не знать, кто ты.

— Я думала, что твоя бабушка устроила ей визит к какой-нибудь знаменитости из мира психиатров специально по поводу ее обстоятельств.

Адам только пожал плечами.

— Устроить-то устроила. Лаура пару раз к нему сходила, но тот решил, что сеансы терапии не помогут, пока она сама не будет готова взглянуть на свое прошлое. И бабушка с этим согласилась. Братья тоже. Лауру нельзя подталкивать, и никто этого делать не хочет. Может, они и правы. Все дело во времени. Лучше не торопить события. Она, по-видимому, начнет собирать прошлое по крохам, когда придет время. Так что лучше не дергаться.

Иона отхлебнула вина и посмотрела сквозь бокал на Адама. Взгляд ее был задумчив.

— Нда, хотела бы я знать, что такое ей предстоит увидеть.

Адам тоже хотел бы знать, хотя его отношение к этому было далеко не однозначно. Он давно заметил, что Лаура смотрела на него с испугом, когда он предлагал ей попробовать раскрыть тайну ее происхождения. Чего она так боится? На что она боится взглянуть?

— Если б я была на твоем месте, Адам, то едва ли предпочла бы сидеть, сложа руки, и ждать у моря погоды, пока память не вернется к ней. — Иона отставила в сторону свой бокал и наклонилась над столом. — Саманта Макфи знает одного надежного частного детектива. Ты меня не выдавай, но как-то она нанимала его, чтобы навести кое-какие справки об одном своем поклоннике. Как выяснилось, ее поклонник не заслуживал даже поклона. Какие-то там аферы по почтовому ведомству и прочая подозрительная деятельность.

Адам почувствовал холодок в животе.

— Я убежден, что в случае Лауры никакой уголовщины нет, — с твердой уверенностью сказал он. — Никакая амнезия не может скрыть ее душевные качества... ее цельность... ее поразительную искренность... это же видно невооруженным глазом...

Иона дружески похлопала его по руке.

— Тем более тебе нечего бояться. Кем бы она ни была в действительности, вам обоим было бы лучше взглянуть правде в глаза. Почему бы, Адам, не встретиться с этим «недреманным оком» Саманты и не посоветоваться с ним? — Иона немного помолчала, собираясь с мыслями, ей не хотелось обижать Адама. — Послушай, Адам, если тебе кажется, что это огорчит Лауру — ну, если ей станет известно об этом расследовании, — то ведь можно сделать так, что она и не узнает. Ты первым разберешься в подробностях, а там уж найдешь как-нибудь время и способ ей помочь... узнать самой. Лично я считаю, что она будет только благодарна потом. И ты тоже.

Адам не мог не признать, что в предложении Ионы есть смысл. Пожалуй, не так уж плохо попробовать провести частное расследование. В конце концов, он имеет право хоть что-то узнать о женщине, которая вдруг стала так много значить в его жизни, — увы, слишком много. Он слышал голос, который упорно нашептывал ему: Правильно, выясни, кто она такая, и, как знать, может, если тебе не понравится то, что ты узнаешь, будет не так трудно с этим покончить. Тем самым ты окажешь сам себе большую услугу. Но только смолк первый голос, зашептал другой: Остерегись! То, чего ты не знаешь, не причиняет тебе лишней боли — и не даст потерять Лауру.