Его здание располагалось у самой городской черты — серебристый, современной формы купол возвышался сразу за кварталом симпатичных одноэтажных особнячков. Вокруг был разбит парк, но деревья были еще молодыми — не такими высокими и густыми, чтобы музея из-за них не было видно с дороги. Такси подкатило к самому подъезду. Расплатившись, Кожедуб выбрался из «мерседеса». Медленно, осматриваясь, поднялся по низким и широким ступеням к дверям — они плавно разъехались в стороны.

Кожедуб посмотрел на часы — было без четверти десять. Купил в кассе билет, прошел за турникеты и принялся не спеша осматривать экспозицию. Ничего интересного он в ней не находил: общие сведения о неандертальцах были ему уже знакомы, а фотографии раскопок, темно-коричневые от времени черепа казались скучными подробностями. Задержался Кожедуб лишь возле пластмассовой фигуры неандертальца в полный рост. Он был наряжен в чопорный костюм, подходящий банковскому служащему. Вглядываясь в реконструированный облик человекоподобного существа, Кожедуб решил, что встреться ему такой на улице, он бы без сомнений подумал, что это — человек-индиго. Но это не удивительно: при всей похожести с ДНК человека ДНК неандертальца от нее все же значительно отличалась. Точно так же, как и ДНК людей-дьяволов…

Волосы неандертальца-банкира были огненно-рыжими — считается, что им был присущ именно этот окрас. На одном из стендов были рисунки. Из них можно было понять, что общеизвестная низкорослость и кряжистость неандертальцев — черта, присущая тем из них что обитали в холодной Европе близ ледниковых толщ, — не более чем приспособление к холодному климату. Скелеты неандертальцев, которые в последнее время находили в более жарких регионах (например, на территории современного Израиля), показывали, что своей комплекцией и ростом они ничем не отличались от современного человека…

Кожедуб услышал доносившиеся откуда-то со стороны лестницы, уходившей на второй этаж, шум и крики. Бросив рассматривать рисунки, он сорвался с места… Женщина, спешившая во встречном направлении (к карманчику ее блузки был приколот беджик работника музея), в страхе шарахнулась от него в сторону…

Прямо посреди экспозиции на втором этаже с ножом в сердце лежал пожилой мужчина. На лацкане его пиджака булавкой был прикреплен такой же беджик, как и у бежавшей навстречу женщины. В метре от убитого валялась слетевшая с его головы шляпа-канотье из желтой соломки.

Как видно, тайна, о которой он хотел сообщить Кожедубу, была действительно нешуточной, раз для того, чтобы предотвратить их разговор, некие люди пошли на убийство… Совершенно естественным было предположить, что это — люди-дьяволы…

С улицы проникал свет, и Снежана видела: у входа никого нет. Сразу за дверью начинался длинный коридор. Стены выкрашены в темно-бордовый цвет. Единственная мебель — черная тумбочка с выдвижными ящиками. Сверху — кипа приглашений. Снежана различила — точно такие же, как то, что было в синем конверте. Логин и пароль заклеены серебристой металлизированной пленкой.

Где-то в дальнем конце коридора мелькнул и тут же исчез лучик фонарика. Девушка прижалась к стене, надеясь, что так ее не заметят. Сердце ее отчаянно колотилось…

Дверной проем, через который проникал яркий свет дня, был от нее в нескольких метрах. Еще можно остановиться, убежать…

Если бы она сделала так, то увидела: из мусорного контейнера ловко выскочил прятавшийся в нем человек. Он был в черном спортивном костюме и таких же черных кроссовках. Быстро перебежав через двор, «спортсмен» оказался у козырька, заглянул вниз, потом торопливо отошел к углу дома.

Кожедубу больше не удалось ничего узнать в этом маленьком немецком городке. В тот же день на поезде он выехал в сторону мегаполиса, рядом с которым располагался аэропорт. Поздним вечером этого же дня самолет приземлился неподалеку от Москвы.

Кожедуб безумно устал. Тайна религии людей-дьяволов так и осталась тайной. Когда Кожедуб сообщил местной полиции о звонке, который он получил накануне от убитого, ее сотрудники тотчас ужасно напряглись.

«Вполне возможно, что это провокация!» — было заявлено Кожедубу.

Полицейские стали очень дотошно расспрашивать его, не является ли агентство расследований, в котором служит, организацией, представляющей интересы вполне определенных политических группировок.

Единственное, что удалось узнать Кожедубу: убитый был обычным музейным работником. Местная полиция осторожничала, опасаясь, что дело еще больше накалит обстановку вокруг людей-дьяволов, не хотела вмешивать иностранцев. Показания Кожедуба были запротоколированы, и на этом его причастность к истории завершилась…

Обо всем происшедшем подробно сообщил в САГЕН. Руководитель агентства велел Кожедубу возвращаться. Дальнейшее его пребывание в городке казалось руководителю бессмысленным.

Когда, выйдя из автобуса, Кожедуб уже подходил к дверям аэропорта, к нему неожиданно подошел человек в черном костюме — в точности таком, как был на музейном неандертальце, — попросил следовать за ним…

Глаза Снежаны немного привыкли к темноте, но все равно: двигаясь по коридору, она касалась рукой стены. Так надежней… Эта сторона кафе-клуба словно вымерла.