Ну, все правильно. Этих грохнули, кольцо надели обратно, а уж оно и подлатало меня, не дав совсем загнуться. Я расслабилась и перестала паниковать. В таком ракурсе, дела мне почти нравились. Вот только сердце сжалось, при мысли, что этого мерзавца больше нет.

И я его больше никогда не увижу?

Кажется, я перестала дышать, но сама не понимала этого. Озверел он, конечно, до крайности ( – А может, и всегда таким был, просто хорошо притворялся?
– Не удержал при себе свое мнение мозг.), но ведь были моменты, когда мне казалось, что он меня любит... Эх, да что о том вспоминать? Такого, как он, больше нет. И не будет. А мне видать, пора завязывать с шикарными мужиками. Как выяснилось опытным путем, от них одни проблемы! Причем, смертельные...

Вот только, как же мне жить-то теперь...

Без него...

– Жаль Стефана...
– прошептала я.

– Да, государыня, не то слово.
– тут же согласились со мной.
– Учитель сказал, что он еще может выжить, но мы уже перестали надеяться. Все же пятые сутки без памяти лежит! А с другой стороны, я так думаю - в жизни всегда есть место чуду! Вот и вы сегодня пришли в себя. А ведь мы и не надеялись и не ждали. Все были уверены, что навсегда вы останетесь в зачарованном сне. Из Тумана Смерти-то князь вас в тот же день вытащил, а вот потом...
– парень вздохнул, подкинул меня, перехватывая поудобнее (я звучно клацнула зубами от неожиданности, попутно ощутимо прикусив язык. Только это и спасло новенького от скорой словесной расправы!), - если бы, хоть князь в себе был. Может он бы вам и помог, а так... Учитель, конечно же, поддерживал вашу жизнь, и сделал все как надо. Но даже он не думал, что есть хоть какие-то шансы на то, что вы когда-нибудь очнетесь!

Я перестала что-либо понимать.

– Так князь жив?
– Попробовала уточнить я, осторожно двигая поврежденным органом. Очень хотелось попросить зеркало и, высунув язык до предела, осмотреть нанесенные увечья...

– Ну, я бы не назвал ЭТО жизнью. Но, пока еще не умер...
– Он тяжело вздохнул, и внес меня в распахнутую дверь, умудрившись чувствительно приложить локтем о косяк (у меня аж слезы на глазах выступили!), и даже не заметив этого! Дошел до кресла и осторожно опустил в него. Я с трудом отдышалась, проморгалась и осмотрелась. Спальня была чисто убрана. И кровать отремонтировали, как я посмотрю. А воздух был напоен дивным ароматом, стоящих в вазах цветов. Этот запах напомнил мне о сказочной ночи, что я провела здесь со Стефаном. Невольно глаза мои опять наполнились слезами. Ох, Стефан, зачем же ты так со мной? Как же я без тебя теперь?

– Да...
– Вздохнул мозг, - такую сказку разрушил, мерзавец...

– А где невеста князя?
– попробовала отвлечься я.

– Невеста?
– изумился парень.

– Ну, да... Она же приехала...
– я даже растерялась как-то.

– Ах вы про посольство из Стефкаста? Так они еще тут. Они хотели бы прощения попросить, так ведь не у кого. И что теперь будет - не ясно.

– Что будет, что будет?
– удивилась я, - а в чем проблема-то?

– Ну, как же?
– паренек, упорно машущий перед камином, наполненным дровами, эффектно вытянутой рукой, повернул ко мне огорченное лицо. Вспыхивать, положенным им по заклинанию, веселеньким огоньком, дрова никак не желали, расстраивая паренька до слез!
– Князь же им войну объявил! Как же теперь-то быть? По "Своду Рыцарства" если извинения не будут принесены ими к концу пятого дня, наша армия двинется к их рубежам!
– он вновь взмахнул рукой. Так же - без результатов. Не знаю, что именно пытался сделать он в данный момент, но лично мне было очень холодно, и я не могла больше ждать. Щелчок пальцами, и дрова вспыхнули ярким пламенем. Тепло ощутимой волной стало распространяться по комнате. Паренек облегченно вздохнул. По-видимому, решил, что у него все же получилось... Ну да, ну да...- А когда оба государя без сознания - сложно перед ними извиниться. Сейчас-то вот вы очнулись, так что, они, стало быть, к вам придут...

– То есть?
– не поняла я. С психованной невестой Стефана я лично не желала иметь никакого дела.

– Ну, как же, государыня, разве ж вы их не простите?
– Удивился он.

– Стоп. Почему ты все время называешь меня государыней?
– Осторожненько уточнила я, не желая так сразу отвечать на вопрос о прощении.

– Ну, это просто.
– Пояснил он, наивно глядя на меня восторженными глазами, как на редкостную диковинную зверюшку "сну-смумрика".
– Вы ведь дайни князя, а значит - наша государыня.

– Дайни? Это что такое?
– осторожно полюбопытствовала я, подозревая, что опять куда-то влипла. По самое... не балуйся, так сказать...

– То значит - душа, несущая на крыльях его жизнь.

– Я - душа князя?
– Непонимающе уточнила я услышанную информацию, попутно внимательно вглядываясь в молодого человека, но ни признаков душевой болезни, ни еще каких-то внешних проявлений его психического нездоровья найти не смогла.

– Как же такого в замок-то пустили?
– Изумился мозг чужой безалаберности.
– А ну как покусает кого?

– Да. Он и обряд провел.
– Огорошил меня этот...хм... юноша.

– Какой обряд?
– испугалась я уже ни на шутку. Терпеть не могу я их обряды. А уж если его проводил Стефан, то и вовсе! Они у него все на один манер и фасон - кровавые! Жуть! Ужас и Кошмар в одном наборе...

– Да как же, госпожа, вы что ли не помните? Обережный круг! Он же вас только так и вытащил!
– Сделал круглые глаза мой невольный осведомитель.

– Откуда вытащил?
– окончательно запуталась я.