Шрифт:
– Было дело....
– Признала я свою вину.
– Но... что это было? Мне сказали, что ты гневаешься и крушишь мебель...
– В его голосе удивление было смешено пополам с осторожностью. Правильно! Все-таки он меня не так уж и давно знает, чтобы вот так запросто утверждать, что я не способна (с бухты-барахты!) начать крушить мебель! Я почти загордилась своей опасностью, но тут князь опять отвлек меня, - Мари?
– Запиралися они, ваше сиятельство, чего ж непонятного-то?
– Подала голос Лиза, продолжая тереть меня со всем возможным усердием.
– От кого запирались?
– Не понял он, и я тихохонько захихикала.
– От вас!
– Пояснила, сдувая челку, горничная.
– От нас?
– Я почти видела, как его бровь изгибается, приподнимаясь до упора, и выражая крайнюю степень оторопелости.
– От вашего сиятельства...
– Но почему?
– Недоумение плескалось уже через край.
– Стесняется барышня...
– Пояснила догадливая служаночка и протянула мне тряпочку, показывая, что внизу я могу помыться и сама.
– Меня?
– Вновь удивился князь, на этот раз, вызвав уже у нас обеих громкий веселый смех. Действительно! Что же в нем такого, что его стесняются? Совсем ничего! Всего-то - рост, вес, внешность, и пол!
Мужской!
– Мари, - поскребся он в дверь, и голосом серого волка, маскирующегося под козочку, продолжил - я хотел бы войти...
– Нет!
– Я встала, позволяя меня вытереть, и морщась от собственной резкой категоричности.
– Как это, нет?
– Нет. Я не одета и не могу сейчас вас принять, милорд.
– Но...
– Я услышала, как он попросил всех удалиться, потом тихим, заговорщицким шепотом продолжил: - Мари. Пусти меня, а? Я потру тебе спинку... Хочешь? И вытереться помогу...
– Благодарю вас, князь, но присланная вами служанка вполне справляется со всеми своими обязанностями.
– Улыбаясь, мы с Лизой споро одевали меня во все чистое.
– Ну, тогда, просто сделаю тебе что-нибудь приятное...
– Голосом хитрой лисички пообещали за дверью.
– Хорошо, мой князь, если вы непременно жаждете сделать мне приятное...
– Нерешительно "замялась" я, подмигивая шнурующей корсет девушке - одежда была чистая и почти моего размера. Она принадлежала матушке князя. Девушка разложила ее, пока я дремала в горячей воде, а теперь аккуратно все это на меня надевала, вертя меня, как куклу.
– Да....- Согласился он томным, многообещающим голосом, у меня даже мурашки от него по всему телу прошлись. Краем глаза я заметила, как Лиз передернула плечами, ежась, и краснея. Ясненько, это он так на всех девушек действует... Ну, слава Богу, а то я уже нервничать начала...
– Вот это правильное слово - жажду...
– Продолжил искушение "мой дорогой".
– Что ж...
– Мы отодвинули стол, и я предстала перед ним в длинном, темно-зеленым платье, обильно украшенном золотой вышивкой. Влажные волосы рассыпались по плечам. Стефан замер, пожирая меня глазами, хотя вид при этом имел не только восторженный, но и с долей разочарованности, - дерзайте, милорд. Я очень голодна. Вы меня покормите?
– При этом я так многообещающе облизнулась, что бедняга звучно подавился воздухом.
– Миледи...
– Мне предложили руку, на которую я с удовольствием оперлась, - любой ваш каприз - приказ для меня!
– Шепнул он, и, против воли, я поддалась его обаянию, счастливо рассмеявшись.
Перед глазами стояла сценка из мультфильма "Красавица и чудовище" - помните? "Миледи, мы имеем честь представить вам ваш ужин!" Я вновь сверкнула улыбкой привлекательному мужчине, что нежно пожимал мою ручку, ведя меня по длинным, застеленным коврами, коридорам замка.
Ужин ждет!
И я готова съесть даже не быка, а слона!
Я очень, очень, ОЧЕНЬ голодна...
– И причем тут еда?
– Фыркнул мозг, но испортить мне настроения не смог...
+ + +
Я ожидала праздничного старинного зала, мрачного и украшенного доспехами и факелами, величественного в своей невероятной древности. Или сверкающей великолепием и множеством свечей роскошной столовой...
Но это был небольшой кабинет, в котором, прямо при нас, споро накрывали на стол, сервируя его на две персоны, молчаливые слуги. Они сновали туда - сюда, кладя, устанавливая, поправляя. Мы же им явно мешали. Стефан поморщился, когда очередной человек с подносом завис между нами в тщетной попытке обойти...