Когда снова обрела способность соображать, Эстер увидела хлопья пыли, кружащиеся в причудливом танце в лучах солнечного света. Она лежала на бесценном обюссоновском ковре, и голова Мича покоилась на ее груди. Была середина рабочего дня, на столе ее ждали горы бумаг, а она только что провела большую часть обеденного перерыва, занимаясь любовью на полу. И она не могла и припомнить, чтобы когда-либо испытывала большее удовлетворение.

Эстер не знала, что жизнь бывает такой — приключением, карнавалом. Много лет она не могла поверить в то, что в мире, основанном на ответственности, существует комната с безумством любви. Теперь, только теперь она начала понимать, что в жизни есть место и тому и другому. Как долго это может продлиться, она не знала. Возможно, только лишь один день. Она пригладила рукой его волосы.

— Я рада, что ты пришел и забрал меня на ланч.

— Если тебе понравилось, давай сделаем это "привычкой. По-прежнему хочешь сэндвич?

—Не-а. Не хочу ничего. — «Лишь тебя». Эстер вздохнула, понимая, что придется смириться с этим, — Мне надо вернуться на работу.

— Я проверял, до двух у тебя нет встреч, а твои бартерные транзакции могут подождать еще несколько минут, правда?

— Полагаю, да.

— Пойдем. — Он поднялся и поставил ее на ноги.

— Куда?

—Быстро примем душ, а потом мне надо с тобой поговорить.

Эстер надела предложенный им халат и попыталась не беспокоиться о том, что ждет ее впереди. Она уже узнала Мича достаточно, чтобы понимать, что он полон сюрпризов. Проблема заключалась в том, что она не была уверена, готова ли еще к одному. Обхватив плечи, она присела рядом с ним на диван и приготовилась слушать.

—Ты выглядишь так, будто тебя ожидает повязка на глаза и последняя сигарета.

Эстер откинула назад еще влажные волосы и попыталась улыбнуться.

— Нет, просто ты показался мне таким серьезным.

— Я же говорил тебе как-то раз, что со мной это порой случается. — Он сбросил ногой со стола журналы. — У меня появились кое-какие новости, и я еще не решил, как к ним отнестись. Хотел бы узнать твое мнение.

— Твоя семья? — начала Эстер, тотчас встревожившись.

— Нет. — Он взял ее за руку. — Наверное, мои слова прозвучали так, будто это плохие новости, что совсем не так. По крайней мере, я так не думаю. Голливудская киностудия только что заключила контракт с «Юниверсал» на производство фильма о Заке.

Эстер застыла, уставившись на него, потом моргнула.

— Фильм. Что же, ведь это прекрасно, правда? Я знаю, что он очень популярен среди героев комиксов, но фильм — это куда больше. Ты должен быть взволнован и очень горд, что твоя работа получила такое продолжение.

— Я просто не знаю, смогут ли они справиться с задачей, удастся ли им выбрать на экране правильный тон, правильно передать эмоции. Не смотри на меня так.

— Мич, я знаю твое отношение к Заку. По крайней мере, думаю, что знаю. Он — твое детище, он очень для тебя важен.

— Просто он реален для меня, — поправил ее Мич. — Здесь, — сказал он, постучав себя по макушке. — И, как бы наивно это ни звучало, — здесь. — Он дотронулся рукой до сердца. — Он изменил мою жизнь, изменил мое отношение к себе и к работе. Я не хочу видеть, как они испортят его и сделают из него нечто похожее на картонного героя или, что еще хуже, нечто непогрешимое и совершенное.

Эстер на секунду замолчала. Она начала понимать, что рождение идеи может изменить твою жизнь так же, как и рождение ребенка.

— Позволь мне спросить тебя: почему ты его создал?

— Я хотел сделать героя — очень человечного, с недостатками и слабостями и, полагаю, с высокими моральными принципами. Такого, судьба которого могла бы затронуть ребенка потому, что, будучи обыкновенным человеком из плоти и крови, он наделен большой внутренней силой, которая помогает ему бороться со злом. У детей ведь не много выбора, ты знаешь. Помню, ребенком я хотел иметь возможность сказать: «Нет, я не хочу этого. Мне это не нравится». Читая книги, я понял, что существует много возможностей, много решений. Именно таким я и хотел видеть Зака.

— Думаешь, тебе удалось?

— Да. Сам для себя я понял, что мне это удалось, когда появился первый выпуск комиксов с Заком. Говоря же профессиональным языком, Зак вознес «Юниверсал» на вершину. Он приносит миллионные прибыли ежегодно.

— Тебя это возмущает?

— Нет, с какой стати?

— Тогда ты не должен возмущаться, оттого что он просто сделает следующий шаг.

Мич замолчал, задумавшись. Как он и предполагал, Эстер видела реалии четче и умела отбросить все ненужное, свести проблему к ее чисто практической стороне. Это ли не еще одна причина, по которой она нужна ему?