— О'кей… а как они это туда сообщают? По радио?

— Нет, по телефону. Отсюда. Вообще-то я слышал, как оба пилота представили полетные планы на Канзас-Сити с вылетом через полчаса друг за другом.

Я переварил услышанное.

— А зачем им лететь в Канзас-Сити, не имея на борту пассажиров?

— Может, у них был только груз, — предположил Чэд. — Помню, к ним подъезжали два джипа и они что-то грузили на борт.

— Что именно?

— Я не видел.

— Но это ведь пассажирские самолеты? Не грузовые?

— Правильно. Но они могут перевозить небольшие грузы в салоне.

— Я все же не понимаю, зачем два самолета прилетели сюда пустыми и вылетели с небольшим грузом на борту, причем оба направились в одно и то же место.

— Слушайте, этот малый — Бэйн Мэдокс, — который владеет самолетами, владеет еще и нефтяными месторождениями. И может сжигать столько топлива, сколько захочет.

— Это так, — согласился я. — А Канзас-Сити — конечный пункт их полета?

— Не знаю. Я слышал их полетный план, когда они его докладывали по телефону. Там они могут дозаправиться и, вполне возможно, полетят дальше. Или вернутся сюда.

— Понятно… Стало быть, я могу позвонить в ФАУ и узнать насчет их полетных планов?

— Ага. Только если у вас есть соответствующие полномочия и их регистрационные номера.

— Ну что же, полномочия у меня есть, Чэд. — Я достал лист бумаги, который Рэнди принес мне из своего офиса, и положил на стол. — Которые из них самолеты ГОКО?

Он просмотрел списки и отметил два номера: N2730G и N2731G.

— Номера идут друг за другом, — сообщил он. — Так поступают многие компании, имеющие собственные самолеты.

— Я знаю.

— Ну так что тут стряслось?

— Да обычное дерьмо с налогами. Богатые люди отличаются от нас с вами.

— Не шутите?

— Ладно, спасибо, Чэд. Вы держите это в уме. И разыщите меня, если кто-то еще что-то вспомнит. Мобильник у вас есть?

— Конечно. — Он записал номер своего мобильника на визитке. — А что конкретно вы хотите узнать?

— Я же сказал — речь идет об уклонении от налогов. Мешки денег. Только никому не говорите, что расследование ведет ФБР.

— Буду нем как рыба.

Я покинул отдел перевозок, вернулся в машину и сообщил Кейт:

— Два самолета, принадлежащих ГОКО, пользуются этим аэропортом.

Затем пересказал ей все услышанное, пока мы двигались к выезду из аэропорта, и прибавил, что нужно позвонить в ФАУ в Вашингтон и выяснить дальнейшие маршруты этих двух самолетов.

— А зачем нам это? — спросила она.

— Пока не знаю. Но этот парень, Мэдокс, очень меня заинтересовал, а в таких случаях никогда не представляешь заранее, что важно, а что нет, пока не сведешь все вместе и не прибавишь что-нибудь еще. Обычная работа детектива; в ней есть такая неприятная особенность — СМИ, «слишком много информации».

— Мне нужно за тобой записывать?

— Нет. Я дам тебе распечатку одной из моих лекций по уголовному праву.

— Заранее благодарна.

На выезде из аэропорта я осведомился:

— Тебе сказали, куда ехать?

— Вроде того. Дежурный сержант объяснил, что надо свернуть на шоссе три, ехать по нему на запад, потом по шоссе пятьдесят шесть на север, а потом спросить у местных.

— Ладно. Настоящие мужчины дорогу никогда не спрашивают. А где оно, это шоссе три?

— Если спрашиваешь, я отвечу. Сворачивай налево.

Через несколько минут мы оказались на шоссе три — живописной дороге, ведущей на запад в гущу дикого леса.

— Помни о медведях, — велел я Кейт. — А как ты думаешь, пуля из девятимиллиметрового «глока» может остановить медведя?

— Вряд ли. Но надеюсь, у тебя будет возможность это выяснить.

— Очень мило с твоей стороны.

Она откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза, заметив:

— Час проходит за часом, а о Харри никаких новостей. И мне кажется, его уже нет в живых.

Я не ответил.

Она немного помолчала, потом сказала:

— А на его месте мог оказаться ты.

Это точно, однако, окажись я в лесу возле клуба «Кастер-Хилл», все могло бы обернуться совсем иначе. А может, и нет.