— Ты врал мне. Всё время врал, — она опустила голову и всхлипнула.

— Нет, я просто недоговаривал тебе некоторых вещей, — прошептал я. — И всегда предупреждал, что ты кое-чего не знаешь, но обещал, что однажды всё расскажу. Согласись, ведь это же так?

Она промолчала, и я почувствовал, как она вздрагивает, плача. Повернув её к себе лицом, я снова прижал её и начал поглаживать по спине рукой, чтобы она быстрее успокоилась.

— Я полюбила монстра, который убивает людей и из-за которого вся жизнь моей семьи пошла наперекосяк, — пробубнила она, уцепившись руками за мою рубашку. — Ненавижу себя! Я глупая дурочка!

— Перестань, ты не дурочку, — ласково ответил я. — Ты самая прекрасная и самая лучшая девушка на земле, и я люблю тебя. Посмотри мне в глаза, и ты поймёшь, что я говорю правду.

Она робко посмотрела на меня, и я тут же почувствовал, что тону в этих двух зелёных, глубоких озёрах. "Не смотреть в глаза!" — тут же скомандовал я себе, и перевёл взгляд на её губы. Захотелось немедленно ощутить их вкус, и я стал наклоняться, но Ванда мгновенно отскочила от меня, и я ощутил боль в области сердца.

— Не прикасайся ко мне Дамис. Я сейчас тебя видеть не могу! Мне надо уйти.

Произнеся это, она направилась к двери, но я преградил ей дорогу.

— Прости моя хорошая, я никуда тебя не отпущу. Если не хочешь меня видеть, я могу выйти из комнаты, но квартиру я тебе не дам покинуть, — с сожалением ответил я, потому что боялся, что выйдя за дверь, она навсегда исчезнет из моей жизни.

Ванда сжала зубы и в упор посмотрела на меня, но поняв, что я не отступлю, развернулась и, подойдя к одному из кресел возле окна, уселась в него, а потом сказала:

— Уходи.

Мне не хотелось сейчас оставлять её одну, но я понимал, что лучше дать ей время всё обдумать, поэтому всё же вышел из спальни, закрыв за собою дверь.

Всю ночь я прислушивался к звукам в спальне и пытался определить, что там делает Ванда. Периодически раздавался звук шагов по комнате, но потом всё затихало, а потом снова звук шагов, и с каждой минутой я чувствовал себя всё хуже и хуже. "Понятно ведь, что сейчас она решает нашу дальнейшую судьбу. Вот только что она решит?".

Не раз за эту ночь я вставал из кресла и подходил к дверям спальни, но в последний момент останавливался и заставлял себя вернуться назад. "Нет, пусть сейчас всё обдумает, а вот если она всё же решит бросить меня, тогда начну действовать". Вариант — отпустить её, я даже не рассматривал.

Ванда.

Меня охватила такая апатия, что я даже не могла заставить себя двигаться. Первый шок и злость прошли, и сейчас внутри осталась пустота. Лежа в кровати и свернувшись в комочек, я хотела просто умереть, чтобы меня не разрывало на части от любви к Дамису, и ненависти к тому, что он вампир. А самое главное, я не знала, что теперь мне делать.

Прошли почти сутки с того момента, как я узнала, что Дамис вампир, и я понимала, что необходимо что-то решать. "Бросить его и попытаться забыть или остаться с ним, и закрыть глаза на его сущность?".

Как только я думала о первом, сердце начинало болезненно ныть в груди, и я не представляла, как мне без него жить. Но тут же в голове рисовались картинки того, как он кого-то убивает, и тут же по телу прокатывалась дрожь отвращения. "Если я с ним останусь, то каждый раз, когда он будет отлучаться, я буду мучиться вопросом: "Где он сейчас и что делает?". А когда он будет приезжать домой, я просто не смогу себя заставлять приблизиться к нему, думая, что всего час или два назад, он кому-то перегрыз горло и, припав губами к ране, пил кровь".

От всех этих мыслей хотелось плакать, но слёз не было и от этого было вдвойне тяжело. Мне казалось, что я загнана в тупик, из которого нет выхода. Точно я знала только одну вещь — я, в отличие от своего отца буду молчать, что вампиры существуют.

"Папа… Бедный папа… Он всегда говорил правду, а ему никто не верил, даже мы с мамой". В голове обрывками всплывали его рассказы, и меня опять пробрала дрожь. "А с другой стороны, действительно, ну кто заставлял его упорно доказывать всем, что вампиры существуют? Ведь даже я сейчас, зная правду, с трудом верю в том, что они есть. У меня просто не укладывается это в голове, хотя Дамис сидит в соседней комнате, и он живое доказательство того, что они есть. Живое!".

Дверь в спальню открылась, и раздался ласковый голос Дамиса:

— Ванда, ты ела последний раз вчера утром, и думаю, тебе необходимо поесть.

— Я не хочу, — голода я действительно не ощущала, и хотела сейчас только одного, чтобы меня не трогали.

— Так нельзя, ты должна питаться…

— А ты когда последний раз ел? — сев на кровати и посмотрев на него, вызывающе спросила я.

— Вчера, у деда, — спокойно ответил он, сделав шаг в сторону кровати.