– Жду тебя в баре. И надень платье, ладно?… Хелен!

– Что-то у тебя голос изменился. Сам ты вроде бы все тот же, но что-то появилось, не пойму пока что.

– Времени много прошло, – сказал Джек, попросил не копаться и повесил трубку.

– Так вот, – в ту же минуту завелся Малыш.

– Слушай, я не оставил там ключ, потому что он мне еще понадобится. Я же говорил тебе, что так получится. Помнишь, говорил?

– А я тебе говорил, что мы с Роем квиты, я ему больше ничего не должен, и никакого дерьма мне больше в жизни не надо, сыт по горло.

– Ничего не случится. Я же обещал.

– Все равно ты не можешь войти в его комнату, – злорадно сообщил Малыш. – Он пока что выходить не собирается.

– Разберемся. Он что, и обед наверх заказывал?

– Только бутылку охлажденного вина и опять креветки. Ох и любит он креветки! Говорит, будет ждать в номере, пока не придет машина.

– Его куда-то везут?

– Не, он купил машину, новехонький «мерс». Говорит, расплатился наличными, и велел доставить товар прямо сегодня, а не то деньги назад. Он всегда себя так преподносит.

– Он говорил, что собирается уезжать?

– Не-а, но похоже на то.

– А те двое?

– Их я не видел. Они тут не живут, так, заглядывают.

– Можешь выяснить, не просил ли полковник счет?

– Не полезу же я с вопросами в регистратуру. Это будет довольно странно.

– После клуба Карнеги тебе это покажется удовольствием, – заверил его Джек.

Они сидели с Хелен во внутреннем дворике гостиницы, Малыш принес им выпивку, критическим взором оглядел черное в узкую полосочку платье Хелен, но удалился без комментариев.

А Хелен сказала:

– Ты что, с ума сошел?

Приятно посидеть вечерком в таком месте, выпить немного, вечерний свет и плеск фонтана помогают расслабиться… Но Джек собрался с мыслями и повторил:

– Я всего-навсего прошу выманить его из комнаты минут на десять.

– Что мне, за волосы его тащить?

– Запросто, он малявка.

– Такие малявки хуже всего – крепкие, жилистые.

– Поднимешься в пятьсот первый номер, – И Джек приподнял брови, указывая направление. – Это пятый этаж, самый верхний. Видишь, возле лифта ниша, там его люкс. Постучишь, он откроет. Ты скажешь: «Ох, черт, извините, ошиблась номером».

– «Ох, черт, извините?» – переспросила Хелен.

– «Я ошиблась номером».

– Ты бы стул пододвинул. Совсем за дерево спрятался, мне тебя и не видно толком.

– В самый раз.

– Ты что, прячешься? – сообразила она. Отхлебнула разбавленный водой скотч, не спуская с него глаз. – Ты во что впутался, Джек?!

– Потом расскажу.

– Ты обещал завязать.

– Я завязал. Это совсем другое дело. Так вот, ты говоришь: «Извините», поворачиваешься и идешь по коридору.

– Да, ты всерьез в это впутался. Я же вижу.

– Идешь по коридору, делаешь пару шагов, поворачиваешься… Пока все ясно?

– Поворачиваюсь…

– И говоришь: «Ой, может, еще одна девушка подойдет, это моя подруга, мы договорились встретиться, но я ей, похоже, не тот номер назвала». Запомнила? Дальше говоришь: «Я подожду ее внизу. На случай, если мы разминемся, скажите ей, пожалуйста, что я жду в патио или, может, буду в баре».

– Я должна повторить все слово в слово или можно импровизировать?

– Как угодно, только нить не теряй. Нельзя просто уйти – нужно, чтобы он знал, куда ты идешь, чтобы он отправился тебя искать.

– А если он не станет искать?

– Станет-станет.

– А если нет?

– Сделай так, чтобы захотел. Да один твой вид… тебе и глазками стрелять не придется.

– А губы облизывать?

– Сама разберешься. Парни к тебе так и липнут.

– Но я ничего для этого не делаю.

– Да полно, тебе только в кино сниматься, ты кем угодно прикинуться можешь.

– Он из Южной Америки?

– Да, из Никарагуа.

– Симпатичный?

– Просто куколка, официант из дорогого ресторана. Красные трусы носит.

– Почем ты знаешь?

– Итак, он спускается, ты сидишь за столиком. Он предлагает заплатить за твою выпивку, ты говоришь: «Спасибо, не стоит».

– Чего это вдруг?

– То есть как?! Ты же с ним незнакома. Но он будет настаивать, и в конце концов ты скажешь: ну хорошо, один стаканчик. Поболтаете о том, о сем, что там в Никарагуа творится, а лучше всего, заговори с ним о машинах. Надо бы выяснить, купил ли он «мерседес» и долго ли еще тут пробудет, когда выписывается из гостиницы. Если удастся, упомяни Майами и проследи за его реакцией.