— Оставьте ее, — сказал Иван. — Это сейчас пройдет.

— Да вы-то откуда знаете?! Нет, я сама сейчас начну сходить с ума! Лида!

Та всхлипнула еще раз, и попросила:

— Дайте… Воды.

— Вот кофе. Пейте.

Жанне наконец-то удалось всучить женщине чашку. Лида выпила кофе и, кажется, немного пришла в себя. С недоумением посмотрела на свои руки, перепачканные косметикой, потом беспомощно на Жанну:

— Что со мной?

— Нервный срыв, должно быть.

— Я… ничего не помню. На меня словно нашло…

Женщина устало откинулась на спинку кресла. Жанна взяла со стола маленькое зеркальце, также принадлежащее Анжелике, подошла к Лиде и сунула ей в руку:

— На! Посмотри на себя!

Та послушно глянула в зеркальце и испуганно спросила:

— О, Господи! Что это?!

— Твое лицо!

— Как… Как я это сделала?

— А ты подумай.

— Я… сидела в кресле… — медленно выговорила Лида. — Потом подумала об Анжелике. Потом… Какой-то провал в памяти. На меня словно нашло.

Жанна взяла со стола носовой платок и, скомкав, кинула его Лиде:

— На. У тебя тушь размазалась. И вообще, тебе лучше умыться.

— Да, да, да, — закивала Лида и попыталась привести себя в порядок. У нее это плохо получалось, носовой платок очень быстро испачкался, а на лице еще оставалось достаточно косметики. Но женщина продолжала энергично тереть щеки, губы…

— Идите в ванную, — посоветовал Иван.

— Нет! — вскрикнула Лида. — Я никуда отсюда не уйду!

— Что случилось? — внимательно посмотрел на нее Иван.

— Не знаю. Мне страшно. Отчего-то мне очень страшно.

— Черт-те что! — снова повторила Жанна. Потом вдруг прислушалась, и спросила: — Вам не кажется, что в кабинете подозрительно тихо?

— Она уснула, — тихо сказала Лида. — Избавилась от нас и уснула. Как я ей завидую!

— Что-то мне все это не нравится. В доме три трупа, а она спит! Да что у нее нервы, как канаты? Пойду посмотрю.

И девушка направилась, было, к двери, ведущей в кабинет.

— Нет! — жалобно вскрикнула Лида. — Не ходи туда! Мне попадет!

— Господи, за что? — обернулась Жанна.

— Я взяла ее косметику! И еще мне нужны сапоги. Я всегда хотела такие сапоги. Модные, на шпильке. И красные. Обязательно красные. Она не отдаст мне свои сапоги. А я хочу, — заканючила Лида.

— Точно: помешалась! Вы! Психотерапевт! Сделайте же что-нибудь! — и Жанна сердито посмотрела на Ивана.

— Что тут можно сделать? — развел он руками. — Кризис. Ее нервная система не выдержала перегрузок.

— Не одна она такая. Мы все на пределе. В конце концов надо, отнести Анжелике сигареты, -сказала Жанна и подошла к креслу, где лежала сумочка Веры.

— Зачем? — спросил Иван.

— Я хочу с ней поговорить.

— Думаете, она закурит и расслабится? — усмехнулся он. — И расскажет вам все? На этот раз чистую правду?

— Хотя бы!

— Не надейтесь. У этой женщины нервы, и в самом деле, как канаты.

Жанна его не слушала. Она достала из Вериной сумочки наполовину пустую пачку сигарет, взяла со столика зажигалку и решительно развернула кресло, загораживавшее дверь.

— Вот. Так лучше.

Она кивнула и скрылась в кабинете. Лида посмотрела на Ивана. Теперь ее взгляд был осмысленным.

— Я не хотела этого делать.

— Чего?

Лида кивнула на перепачканный косметикой стол.

— Анжелика. Она…

Ей пришлось замолчать, потому что в этот момент из кабинета вышла бледная Жанна. Ее шатало, на лбу выступили капли пота. Она едва доплелась до ближайшего кресла и рухнула, как подкошенная. Потом прошептала:

— Там… В кабинете… Господи! Мне плохо! Кажется, меня сейчас вырвет! Какой отвратительный здесь залах! Откройте же кто-нибудь окно!

Вместо того чтобы выполнить ее просьбу, Иван подошел к двери и распахнул ее настежь.

— Нет! — закричала Лида. И отшатнулась.

— Там кровь, — прошептала Жанна. — Не надо… Лучше окно… Откройте окно…

— Лида, что же вы? Вы же так желали ей смерти. Ну, Лида. Не притворяйтесь. Вам же хочется это видеть, — зловеще сказал Иван.

Женщина привстала и вытянула шею. Потом жадно спросила:

— Она и в самом деле умерла?

Мгновение Лида колебалась, потом все-таки сделала несколько шагов по направлению к открытой двери. Жанна в ужасе зажмурилась и простонала: