— Значит, Виктория пользовалась спиралью, — Женька с силой выплюнул из себя это слово. — Как долго?

— Где-то четыре с половиной — пять лет назад Виктория приехала ко мне в офис и попросила избавить ее от спирали, заявив, что они с мужем решили завести ребенка, — после этих слов тишина стала просто оглушающей. Никто не разговаривал, не двигался, даже не дышал, пока Ольга продолжала: — Я искренне за нее радовалась. Это большое счастье — иметь ребенка. Спираль мы извлекли и с того момента Вика больше не обращалась ко мне за консультацией по этому вопросу. Контрацепция была уже не нужна — она ездила ко мне наблюдаться во время беременности. Но после родов мы также не заводили об этом разговор.

— Это все? — Женя незаметно подмигнул Лёне, пытаясь поддержать. — Или что-то еще?

— Да нет, вроде все, — Ольге уже не терпелось покинуть это место. Она начала ерзать и осматриваться по сторонам, вовсю разглядывая ее и Игоря. Но Алене было все равно. Она почти наяву чувствовала, как оковы, сковывавшие их с Игорем столько лет, спадают, насквозь проржавевшие и рассыпавшиеся от времени. — Я больше ничего не смогу рассказать. Я могу теперь идти? — она с надеждой посмотрела на судью.

— Да, конечно, — судья жестом указала на дверь и нахмурила брови. — Есть еще что-то?

Женя в улыбкой кивнул.

— Мне бы хотелось теперь задать пару вопросов уважаемым свидетелям со стороны Виктории Ильиной, — парни, до этого и так, сидевшие как на иголках, нервно дернулись и вжались друг в друга. — Это не займет много времени.

Славик судорожно втянул в себя воздух.

— Мы…мы все уже рассказали! — нервно воскликнул он, пытаясь спрятаться за дружка, которой проделывал тот же самый трюк с самим Славой. Глядя на них, Лёне хотелось истерически захохотать. — Мы больше ничего не можем сказать!

С точки зрения психологии Женя все сделал верно. Потопил "акулу" и взялся за мелких рыбешек, которые от страха не будут даже сопротивляться. Ха, Славик и его дружок, наверно, триста раз прокляли Вику и свою жадность за то, что две этих оставляющих вмешали их в это.

— А я и не прошу вас говорить что-то новое! — наверное, если змеи улыбаются, то это выглядит именно так. Другого описания для оскала Жени Лёна подобрать не могла. — Я уточню кое-что по старому. Вы сказали, что видели, как Игорь проводил лето на даче Ильиных. Также вы сказали о том, что видели, как Игорь Волков принуждал Алену Ильину к совершению полового акта. Все верно? — когда парни настороженно кивнули, Женя развел руками. — Я же говорил, что ничего нового не спрошу.

— Ближе к делу, — перебила его судья.

— Конечно. Итак, я полагаю, что вы все это видели через окно, ведущее в спальню, так?

Вот он, подводный камень. Даже Алена его ощутила. Ощутила, но не могла потрогать или достать. И парни тоже ощутили, но также как и она, не могли разобраться, в чем именно дело. Поэтому молчали. Когда молчание достаточно затянулась, Славик проблеял:

— Я точно не помню, но видели через окно.

— Отлично! — громко воскликнул Женя, заставив Вику и Виктора подскочить. — За-ме-ча-тель-но. — потом друг подошел к столу, где лежала его черная кожаная папка с документами и вынул какой-то листок, который сразу же отдал судье. — Вот.

— Что это такое? — судья с интересом изучала рисунок.

— Это план поселка, вернее, план дома Ильиных и прилежащих территорий, — охотно объяснил Женя. — Как вы видите, — он ткнул на что-то, нарисованное на листе, — это дом Ильиных. Он состоит из просторной кухни-прихожей и двух спален. У одной из них окно выходит на внутренний двор, причем само окно завешено жалюзи, купленное десятью годами ранее. Кстати, все было куплено Игорем Волковым, тому есть подтверждение, — Женя вытащил еще какие-то бумаги. — А вторая комната выходит окнами на соседский дом, который в конце июля 2005 года приобрели новые хозяева. И сразу же начали делать ремонт, закончившийся в конце сентября.

— Вы не сможете этого доказать, — запальчиво вскинулся Виктор. — Прошло столько лет.

— Ну почему же не смогу, — Женя снисходительно улыбнулся адвокату. — Смогу, иначе не стал бы этого упоминать, — ее друг вынул еще одну бумагу. — Вот показания семьи, которая купила тот дом. Все заверено. Они не смогли сегодня приехать, так как улетели в отпуск, — пояснил судье Женя. — Но, и жена, и муж подтверждают, что с 19-го по 29 августа 2005 года на их территории посторонних людей не было, а по ночам они с бригадой доделывали дом к приезду родителей. Так что, — Женя пожал плечами, вы, молодые люди, ФИЗИЧЕСКИ не могли увидеть того, что происходит в стенах дома Ильиных. Если, конечно, не обладаете даром видеть сквозь стены, — пошутил он.

— Достаточно, — судья прервала Женю и попросила сесть на свое место. — Судья удаляется для принятия решения.

Казалось, эти полчаса тянулись целую вечность. Хотя, может быть, и не полчаса, просто Алене каждая минута казалась адом. Время тянулось, тянулось, тянулось…Никто не произнес ни слова. Ни Игорь, все также спокойно и уверенно стоявший ближе всех к судье, ни Вика, напряженно сжавшая побелевшие губы и глядевшая на все дикими, шальными глазами. И только Лёна была отчужденной, словно не здесь, а где-то в другом, далеком месте.