— Он жив, — со злостью бросила девушка, поднявшись на ноги.

Даровит не спеша выбрался из каморки, здоровой рукой прижимая к груди голокрон Белии и инфокарту. Когда кузен подошел ближе, Занна протянула руку и выхватила ношу. Даровит, похоже, даже не заметил; он не мог оторвать взгляда от человека у ног сестры, — обожженной, полуживой оболочки, — каким–то непостижимым образом до сих пор цеплявшегося за жизнь.

— Собери мечи, — приказала Занна. — Мы уходим.

Даровит, сочтя за лучшее не обсуждать приказ, принялся подбирать оружие павших джедаев: трофеи триумфа ситов на Титоне.

Занна убрала инфокарту и голокрон в карманы на поясе, глубоко вздохнула и сосредоточилась. Призвав Силу, девушка подняла тело Бейна, и удержала над полом на весу.

Так она пронесла учителя всю дорогу до выхода из крепости. Даровит, не отставая, плелся позади. Задумавшись, на каком из двух кораблей лучше лететь с Титона, Занна все же остановила выбор на «Лоранде». Он был гораздо больше, и, к тому же, имел полностью укомплектованный медицинский отсек.

— Открой трюм, — приказала девушка, кивнув на корабль.

Даровит помчался выполнять приказ, а Занна осторожно приподняла учителя и направила его внутрь «Лоранды».

На борту они подключили Бейна к насосу, подающему бакту. Было очевидно, что травмы темного повелителя требовали полного его погружения в бакта–камеру как минимум на несколько дней, но такими излишествами Занна похвастаться не могла. Бакта–насос был лучшим из того, что имелось в наличии; он впрыскивал большую дозу целительной жидкости прямо в вены, прокачивал ее по телу, затем отфильтровывал и повторял процесс.

— Состояние стабильное, — сообщил Даровит. — Но долго он не протянет. Погибая, орбалиски отравляют носителя.

— Ты читал инструкции на диске, — сказала Занна. — Сними их с него.

— Даже если я смогу, это не поможет, — сказал Даровит, вспоминая сухие строки текста. — Уже слишком поздно. В момент смерти орбалиски пустили токсины в ткани носителя. Они разрушают живые клетки на микроскопическом уровне. Он умрет через пару дней.

— Ты же драный целитель! — взорвалась девушка. — Так помоги ему!

— Я не могу, Занна, — сказал Даровит еле слышно. — Не здесь. У нас нет оборудования и медикаментов. А если бы и были, я бессилен. Когда токсины орбалисков проникают в тело носителя, обратить процесс уже невозможно.

Ты не можешь умереть, — с горечью думала Занна, кусая губу. — Ты столько еще должен мне рассказать!

Способности учителя лежат далеко за границей ее достижений. Она могла бы превзойти Бейна — он сам говорил ей об этом — но пока о его силе можно только мечтать. Слишком много тайн осталось ею непознаны. Тайн, позволявших обрести могущество — гораздо большее, чем то, что принадлежало ей сейчас. Если Бейн умрет, знание будет утрачено. Быть может, однажды она обретет его самостоятельно; уроки темного повелителя гарантировали успех.

Но все минувшие десять лет она лишь только училась контролировать силу. Тогда как учитель начал складывать кусочки мозаики, которые однажды позволят ситам подняться с колен и взять в свои руки бразды правления Галактикой.

Бейн организовал обширную сеть шпионов и информаторов, но Занна не имела представления ни об истинном количестве вовлеченных в нее людей, ни о том, как с ними связаться. Он привел в движение сотни далеко идущих планов, служивших цели укрепления силы и, тем самым, ослабления Республики. Только теперь Занна начала понимать весь масштаб и сложность политических махинаций учителя.

Бейн был провидцем, смотрел далеко в будущее. Он четко понимал, как в собственных интересах использовать слабости и уязвимости Республики. Знал, как не дать джедаям увидеть темную сторону, и как заставить их сделать первые шаги на долгом пути, который приведет их к полному и бесповоротному вымиранию. Он умело манипулировал людьми, организациями и правительствами, высаживая семена, которые пролежат в земле много лет, прежде чем дать ростки.

Если Бейн умрет сейчас, все, в чем ему удалось преуспеть за минувшее десятилетие, сойдет вместе с ним в могилу. Занне придется начинать с самого начала. Придется найти и обучить ученика, хотя сама она еще не до конца познала собственную силу. Она будет слепо идти вперед, всегда в окружении врагов. И рано или поздно сделает роковую ошибку, которая ее погубит… а вместе с ней и ситов.

Этого нельзя допустить. Во имя Ордена, она должна сохранить Бейну жизнь. И пусть Даровит не обладает знаниями и силой, чтобы вылечить учителя, она знает того, кто на это способен. Того, кто однажды уже спас ему жизнь.

— Не позволяй ему умереть, — пригрозила она Даровиту.

Занна вышла из медотсека, зашла в кокпит и села за приборную панель. Она задала курс на Амбрию, но полетят они не в лагерь. Они полетят к человеку по имени Калеб.

Хотя жилище Калеба стояло почти в сотне километров от их лагеря на Амбрии, Занна никогда не встречалась со знахарем. Она знала о нем только из рассказов учителя. Бейн говорил, что Кэлеб знает толк в Силе, но контактирует с ней совсем иначе, нежели джедаи и ситы. Светлая сторона, темная сторона — для него все едино; он черпает силы самой природы.