– В какую засаду? – довольно искренне удивился Гуров. – Я, кажется, нащупал кое-что, но лишь кличку, которую следует прокачать по нашим учетам. Была версия, что разыскиваемый скрывается у одной проститутки. Я посчитал вариант неперспективным.

– Врешь, – убежденно сказал Кулагин. – Ты прошлой ночью был в казино “Фламинго”, уехал с проституткой.

– Паша, – укоризненно произнес Гуров, указал взглядом на генерала, – Петр Николаевич мой начальник.

– И он не знает, какой Гуров бабник, – сказал недовольно Орлов. – Я тебя сто раз предупреждал, ты со своими бабами вляпаешься в дерьмо. Господа офицеры, отправляйтесь к себе, решайте свои бабские проблемы, у меня уйма работы.

– Я вам говорю, Петр Николаевич, Гурова хотели убрать. Кто-то из наших прикрывает разыскиваемого террориста! – вспылил Кулагин.

– Вот Гуров, собственной персоной, так сказать. Отправляйтесь к нему, возьмите для увеселения полковника Крячко и решайте свои проблемы. Напоминаю, сегодня суббота, вы можете с чистой совестью отдыхать.

– Хотел как лучше, получилось как всегда! – Кулагин открыл дверь. – Лев Иванович, я тебя жду, – и вышел.

– Они проверяются, используют Павла втемную, – тихо сказал Гуров.

– Все это блядство!

– Проверь кличку Кобра, примерь на разыскиваемого. Извини, но запрос генерала, начальника главка, выполняется быстрее.

Вскоре приехал Станислав, Кулагин рассказал, что ему стало известно о засаде в квартире проститутки Валентины Серовой. Кулагин переживал вдвойне. С одной стороны, в одном с ним отделе работали коррумпированные офицеры, прикрывавшие особо опасного преступника и пытавшиеся убить приятеля, офицера милиции. С другой, он, подполковник контрразведки, вынес сор из избы, в которой живет.

Гуров и Крячко лишь раз взглянули друг на друга, им было стыдно. Если Павел абсолютно искренен, то он ради принципов и дружбы пошел на риск, а друзья ему не верят и морочат голову. Если Павла используют втемную, значит, он человек не шибко далекий, ежели он ведет двойную игру, тогда он подлец и верить уже нельзя никому.

После продолжительной паузы Гуров спросил:

– Паша, что ты рвешь на себе нижнее белье? Изначально, сразу после сообщения Интерпола, стало ясно: террориста пригласили верха, зреет заговор. Тебя поражает, что в нем замешаны твои коллеги? Ни один заговор не может обойтись без участия спецслужбы. Одновременно пропали две валютные проститутки? Не факт, что они пропали. Может, они купаются в бассейне и зарабатывают своим тяжелым трудом баксы. Плохо здесь только одно, что одна из них ночевала у меня. Я понимал, что Вика – девушка не из монастыря, но что валютная путана, даже не догадывался. Ты же знаешь, Паша, я денег девочкам не плачу.

– Но и не берешь, – вставил Крячко. – А напрасно, с деньгами сейчас большая напряженка.

– Действительно, чего я так расклеился? – Кулагин облегченно вздохнул. – Вы молодцы, дружите, все на юморе, начальник у вас классный.

– Мы Петра постоянно воспитываем, – пояснил Станислав. – Дозволь начальнику сесть тебе на шею, в жизни не сгонишь.

– А как ты узнал о случившемся? – неожиданно спросил Гуров. – Ведь в вашей конторе прекрасно известно, что мы с тобой дружим?

– Они ночью использовали мой кабинет для инструктажа, – ответил Кулагин. – А со времен покойного предшественника Ильина, ты ж его знал, кабинет оборудован включением автоматической звукозаписи.

Я когда его занял, скрытый магнитофон хотел убрать, а потом передумал, решил, может, и пригодится. А позже меня генерал Володин пригласил, ласковый такой, говорит, повстречайся со своим дружком Гуровым, узнай, чем он минувшей ночью занимался, и о проститутке рассказал.

Гуров вспомнил, что, когда лейтенанты описывали кабинет, в котором с ними беседовали, сыщик узнал бывший кабинет Ильина, сегодня Кулагина. А может, это не случайно, кабинетов не хватает? Может, у нас среди заговорщиков имеется союзник, который открытого разговора боится? А предупредить хочет? А возможно, человек знал, что его собственный кабинет прослушивается, перешел в соседний и на этом попался. Тут и не разберешься, и пытаться не стоит.

– Ребята, ждавшие тебя в засаде, не работают в центральном аппарате. Боевики. Они имели стычку с бандитами, расшифровываться не стали, оружие не применили, отделались ушибами и кровоподтеками. – Кулагин помолчал. – Интересно, на каком уровне оканчивается заговор? Мой непосредственный шеф на все способен, а начальника управления я практически не знаю. Что мне делать? Я же обязан доложить по инстанции, иначе становлюсь соучастником.

– А какие отношения между твоим Володиным и начальником управления? – спросил Гуров.

– Не дружественные точно, а так черт не разберет. Я с ними за одним столом не сиживал и не член коллегии.

– А ты пойди к начальнику управления: если он тебя примет, значит, Володину не верит, хочет переговорить с начальником отдела лично. Ты работаешь в контакте с МВД совершенно официально. Скажи генералу, тебе кажется, что менты чего-то интересного накопали, но Володину не верят, делиться с ним информацией не хотят, считаешь полезным, если начальники главков встретятся напрямую.

– У вас действительно что-то есть?