Широкий промолчал и отвернулся – так, что хрустнула шея.

– Вот и договорились, – констатировал Гуров. – Так я пойду открою, а вы тут пока марафет наведите. Негоже гостей пугать.

За воротами стояли двое. Средних лет, в ничем не примечательных серых пиджаках и широких брюках. Внешность у обоих тоже была серая, но над бровью у одного из визитеров белела наклейка. Должно быть, из-за этой наклейки и произошла роковая путаница. «Значит, этих людей здесь плохо знают, – заключил мысленно Гуров. – Интересно, с чем пришли? Чует мое сердце, что-то здесь нечисто».

А вслух он произнес то же самое, что совсем недавно уже озвучивал бедолага с печальным лицом.

– Вы к Пал Андреичу? – сказал он предупредительно. – Проходите. Он уже вас ждет.

– Ага, – произнес гость, который стоял ближе к воротам. – А мы опоздали маленько. Обстоятельства помешали. Извиняемся.

– Все в порядке, вы как раз вовремя подоспели, – ответил Гуров и добавил многозначительно: – Главное, что не с пустыми руками.

– А? Нет, у нас есть для вас новости.

– Тогда все путем, – кивнул Гуров. – Все будут довольны.

Его слова явно приободрили посетителей. Они поднялись вместе с ним на второй этаж – Крячко уже успел запереть куда-то всех пострадавших в недавней схватке – и предстали перед ясными очами Широкого, который встретил их, сидя за столом в кресле, причем сидел он несколько боком, чтобы не бросалась в глаза недействующая правая рука. С теми же, видимо, целями на его плечи был наброшен тот самый клетчатый плед – тоже явная инициатива Крячко. С этим пледом Широкий был похож на английского лорда – так, как их изображают в карикатурах. Впрочем, физиономия у него была отнюдь не лордовская. Мрачная, расстроенная, и, можно сказать, свирепая была у него физиономия. И на Гурова он посмотрел жгучим, как жало паяльника, взглядом, хотя не сказал ни слова. Прямо за его спиной с видом преданного английского слуги стоял полковник Крячко.

Гости поздоровались. Широкий что-то буркнул и кивком предложил им садиться. Гуров с беспокойством бросил взгляд на Крячко. Он опасался, что в любую секунду Широкий может раскрыть их инкогнито. Крячко безмятежно улыбался. Гурову показалось даже, что Стас с большим трудом удерживается, чтобы не подмигнуть ему. Широкий молчал и угрюмо смотрел на вновь пришедших.

Тех подобное поведение хозяина не смутило. Видимо, они неплохо знали характер Широкого. Откашлявшись, один из гостей сказал:

– У нас есть для тебя новости, Широкий…

Тут он замолчал и выразительно посмотрел хозяину в глаза. Повисла довольно странная пауза, и Гуров опять забеспокоился. Однако Широкий вдруг усмехнулся со снисходительной иронией.

– Денег хотите? – спросил он.

– Как договаривались, Широкий! – быстро сказал гость и облизал губы.

Широкий слегка повернул голову.

– Ну, дай им денег! – небрежно бросил он Крячко. – Посмотри в правом ящике. Полторы штуки им отслюни!

Крячко с почтительным видом полез в ящик стола, достал оттуда небольшую пачку зеленых купюр, с сосредоточенным видом отсчитал, сколько было сказано, и протянул деньги визитерам.

Один из них взял деньги и, не считая, запихал их поглубже в карман. После этого он наклонился вперед и, зачем-то понизив голос, проговорил:

– Короче, намекнули нам на одного… Зовут его Ларс Свенссон, он из Швеции, приезжает в эту пятницу. Вроде как на форум от какой-то независимой фирмы. Только на самом деле на форум он вряд ли останется – он уже обратный билет взял на субботний вечер. Сведения точные. Этот Свенссон уже имел здесь кое с кем контакты, только потом вдруг в тень ушел. Думают, что он другого поставщика нашел. И с тех пор уже трижды в Болеславль приезжал. Всегда дня на два, не больше. Очень возможно, что он здесь с кем-то встречается, товар получает и отваливает. Точно не скажу, но ходят слухи, что тут на таможне надежный канал имеется. Для своих, конечно… Ты ведь об этом хотел узнать?

– Хотел, – с непонятной интонацией сказал Широкий.

Гости неловко замялись, а потом привстали со своих кресел.

– Ну тогда мы пойдем? – сказали они.

– В какой гостинице остановится Свенссон? – строго спросил Гуров.

Информаторы растерялись. Их удивил вопрос, исходивший не от хозяина. Но Широкий держался индифферентно, поэтому один из них ответил:

– Кто же его знает? Про это мы не знаем. У нас тут пять равноценных гостиниц – в любой могут иностранца принять. Ну, наверное, «Валенсия» скорее всего – та, что на форум заселяться будет. В основном.

– Ладно, свободны! – сказал Широкий, у которого, видимо, сердце обливалось кровью из-за нахальства, с каким Гуров выудил информацию, которая не ему предназначалась. Чтобы хоть как-то компенсировать пережитое унижение, он повелительно бросил Гурову: – Проводи!

Гуров даже не моргнул глазом. «Хоть горшком обзовите, – подумал он, – главное, что в печь не мы попали. У господина Широкого сегодня плохой день, он может себе позволить слегка поворчать».

Уже у калитки Гуров поинтересовался: