– Пока все в деталях сходится с официальными данными от этого пресмыкающегося, – задумчиво прокомментировал Гуров. – А твои перспективы трудоустройства?

– Дохленькие. Староват, брюшко, и вообще… нету бравости вида. Но посоветовали заглянуть в среду вечерком в спортзал на проспекте Вернадского, они там время арендуют под школы свои – бодигардов и еще чего-то.

– Городского выживания, – подсказал Лев.

– Вот-вот. Там-де посмотрят, может, и подойду.

– Что про Феоктистова говорят? Хвалят, ругают?

– С большим уважением отзываются и с некоторой опаской. С самим Карамышевым на дружеской ноге…

– С кем?! – Машина вильнула. – С Карамышевым, говоришь?!

– Ага. Мне эта фамилия неизвестна, – Крячко недовольно поморщился. – Ты, Лев, осторожнее. А то натурально в аварию впоремся.

– Зато мне известна. С сегодняшнего дня. Это, Станислав, «авторитет». До вора в законе не дорос, но… И, судя по всему, крестный отец покойного Мещерякова в криминале.

– Вон что, – задумчиво откликнулся Крячко. – Все правильно. Этот тип, по словам моих знакомцев новых, как раз грифончиков и «крышует». Надо его копнуть.

– Непременно. Задействуем свою агентуру, и сегодня же. Все, Станислав, приехали мы, а ты в таланты мои шоферские не верил!

…Лев Гуров не любил смотреть телевизор. Назойливая и донельзя безвкусная реклама, рассчитанные на полных дебилов ток-шоу, латиноамериканские сериалы вперемешку с просто американскими боевиками, где уж если сопли, слезы, патока и кровь, то бочками и в непременном обрамлении голых задниц… Он признавал лишь программы новостей и спорт. Сейчас должны были передавать новости по московскому каналу, как раз близилось десять часов, и Лев поудобнее устроился в кресле, отхлебнул глоток ароматного чая с лимоном и без особого внимания уставился на экран. Жена покормила его отличным ужином, а сейчас из кухни доносилось ее тихое мурлыканье – что-то напевая, Мария готовила очередной кулинарный шедевр. Тоже отдых своего рода, подумал Гуров.

Так, что интересного случилось в столице? Он немного расслабился после утомительного дня, служебные заботы могут подождать до завтра, если двадцать четыре часа в сутки думать о преступлениях, недолго и свихнуться!

Но уже через несколько минут благостная «расслабуха» с Гурова слетела, как и не было, а заботы напомнили о себе в самом трагическом контексте…

На экране мелькали ярко-красные на фоне серого и черного дыма пожарные машины, сверкали каски и стволы брандспойтов, немного в стороне виднелась милицейская «канарейка», рядом с «рафиком» «Скорой помощи». Слышался профессионально-взволнованный голос диктора: «…серьезный пожар в институте Академии наук… взрыв… причины выясняются… возможно, человеческие жертвы… подробности в следующем выпуске…»

Четырехэтажное здание ИРК Гуров узнал сразу. Он бросился на кухню – предупредить Марию, а через пять минут уже поворачивал ключ зажигания «Пежо». С полдороги Лев позвонил Крячко:

– Станислав, ты новости смотрел? Нет, не шучу. Взрыв и пожар в ИРК. Я буду на месте минут через пятнадцать. Нет, один не справлюсь, с тобой-то, дай бог… Ты не пыли, а подтягивайся поскорее. Нет, не допускаю. Совпадения, как правило, тщательно готовятся. Кем – пока не знаю, вот и будем на месте разбираться.

Уже паркуясь метрах в двадцати от оцепления, Гуров подумал, что на этот раз Крячко обошелся без своих обычных шуточек-прибауточек. Да-а, ситуация не располагала. Нестерпимо воняло паленым с примесью едкого запаха какой-то химии. В окнах здания не осталось ни одного целого стекла, летала жирная копоть, из рваного провала на уровне второго этажа лениво сочились струйки дыма. «Прямо фашист пролетел, – подумал Гуров, предъявляя молоденькому сержанту служебное удостоверение. – Как я и предполагал, ветлугинская лаборатория, второй этаж… Где ж у нас официальные лица? Ага…»

Он быстро подошел к группе мужчин, стоящих около милицейского «уазика», коротко представился. Пожарной техники уже не было, но двое крепких ребят в закопченных брезентухах, стоявшие рядом с милицейскими, посмотрели на Гурова с явным любопытством. Чуть в стороне мелькнул белый халат врача.

– А я помню вас, товарищ полковник, – энергично пожимая протянутую Гуровым руку, сказал парень лет тридцати с капитанскими звездочками. – Вы у нас на курсах лекцию читали «Тактика оперативной работы». Но здесь, похоже, не по нашему ведомству: несчастный случай. Хотя инженер по ТБ, если такой есть в этом заведении, под суд пойдет непременно.

– Докладывайте, капитан. Только кратко. Прежде всего, вероятные причины этого безобразия. Жертвы есть?

– Есть, к сожалению. Женщина. Опознание пока не проводили, – капитан зябко повел плечами, – нечего там особо опознавать… На что я всякого насмотрелся, и то… Обуглилось тело, сейчас ее в наш райотдел на экспертизу увезли, но тут и так все ясно. По служебной записке на разрешение работы в лаборатории с 18.00 до 21.00, которая была у вахтера, ясно, что погибла Мариам Кайгулова, работала она…