Женщина рассказала Гурову, что почти никогда не общалась с девочками. Редкими исключениями были случаи, когда в часы безделья Смертин привозил девчонок к ней на чашку кофе. В один из последних визитов Гуськова и услышала о том, что Лиза помогла Олесе устроиться к Виктору на работу. Более того, женщина краем уха слышала, что обе девушки собираются жить в одной квартире, найденной для них Смертиным.

Этот факт тревожным звоночком зазвучал в голове Гурова. Сыщик пока еще не понимал почему, но это обстоятельство его насторожило: как-то не увязывалось оно с версией о возможном преследовании Смертина со стороны конкурентов. А вот в чем была эта неувязка, Гуров пока понять не мог. Впрочем, сыщик отложил сомнения в сторону, решив, что у него еще будет время с этим разобраться.

Когда Смертин позвонил в дверь, Гуров предупредил Гуськову, чтобы она не произносила ни слова, пока сыщик сам не заговорит. Он пошел вместе с женщиной открывать дверь. И едва сутенер переступил через порог, сунул ему под нос свое удостоверение.

– Раскололась, значит, – скривился сутенер, глядя на Гуськову. – Ну, спасибо тебе!

– Нет, Виктор, – торопливо проговорила женщина. – Он здесь не по этому поводу…

– Помолчите, Анна Павловна, – оборвал ее Гуров и посмотрел на Смертина. – Может, и по этому тоже. Смотря по тому, насколько любезно господин Смертин согласится отвечать на мои вопросы.

– Да уж соглашусь, ясен перец, – ухмыльнувшись, ответил сутенер. – Что мне еще остается?

– Тогда давайте проедем ко мне в кабинет, – сыщик взял Смертина под локоть. – Нет необходимости в том, чтобы Анна Павловна присутствовала при нашем разговоре.

– А ордерок у вас есть, господин полковник? – поинтересовался сутенер.

– Бульварных романов начитались, Виктор Витальевич? – ехидно полюбопытствовал Гуров. – Если бы вас арестовывать собрались, разве бы приехал я? Да еще в гордом одиночестве? Мне нужно снять с вас показания относительно расследуемого мной дела. Поскольку дело это очень серьезное, то я предпочитаю, чтобы все прошло в официальной обстановке. А там от степени вашей откровенности будет зависеть ваша дальнейшая судьба.

– А если я не соглашусь с вами ехать? – спросил Смертин. – Стукну сейчас вам в лоб и смоюсь. Что тогда?

– Ну, во-первых, размахивать руками я вам не советую. Себе дороже будет, – усмехнулся сыщик. – А во-вторых, тогда у меня на руках точно будет ордер на ваш арест. И уж поверьте мне, прокурор выдаст его без малейших колебаний. Только вот выбора у вас, дорогой Виктор Витальевич, уже никакого не будет, – Гуров изобразил пальцами рук тюремную решетку. – Сядете в Бутырки по крайней мере до окончания следствия. Как главный подозреваемый. Ну так что?

– А что, собственно говоря, случилось? – немного испуганно спросил Смертин.

– А это я вам, Виктор Витальевич, у себя в кабинете объясню, – сыщик слегка подтолкнул сутенера к выходу. – Пойдемте. Нечего время терять…

Прежде чем сесть в машину Гурова, сутенер еще раз проверил, как закрыта его «БМВ». Смертин попросил у сыщика разрешения позвонить другу, чтобы забрал машину от дома Гуськовой, если он вдруг задержится.

– Не думаю, что наш разговор так сильно затянется, – Гуров отрицательно покачал головой. – Но если мои предположения не оправдаются, обещаю, что позвонить другу или кому-нибудь еще вы сможете. Да, наверное, и Анна Павловна уже всех ваших знакомых обзванивает. У нее есть новости, которыми следует поделиться…

– Нет, ну я фигею! – обиделся Смертин. – Мой оператор знает, в чем дело. А я, словно лох последний, ни хрена ничего не понимаю!

– Что выросло, то выросло, – усмехнулся Гуров. – Всему свое время, Виктор Витальевич.

Сутенер обиделся и всю дорогу сидел, отвернувшись от Гурова. Сыщик следил за его реакцией и с каждой минутой все более убеждался, что Смертин действительно не предполагает, за что его могут арестовать. Более того, Гурову казалось, что сутенер совершенно не видит никакого смысла в этой поездке и считает ее не более чем блажью полковника.

Сыщик не удивлялся такой реакции Смертина. Конечно, с подозрения он никого снимать не собирался. Однако здравый смысл подсказывал ему, что сутенеру было бы глупо убивать своих девушек. Да еще таким способом. Как было бы и бессмысленно покрывать убийцу. Видимо, о смертях девушек Смертин действительно еще ничего не знал.

Пропустив сутенера в кабинет, Гуров предложил ему присесть, а сам некоторое время занимался совершенно ненужными делами, наблюдая за Смертиным. Собственно говоря, Гуров не ожидал от сутенера ничего неординарного. Просто профессиональная привычка откладывать начало допроса въелась в кровь и проявлялась независимо от желания.

– Чего мы ждем? – не выдержал наконец Смертин. – Для меня время – это деньги.

– Бедностью попрекать грешно, – улыбнулся Гуров, вызвав выражение неподдельного удивления на лице сутенера. – Ладно, перейдем к делу. Вы знаете этих девушек? – сыщик выложил на стол фотографии убитых. Сутенер мельком посмотрел на них.

– Надо думать, Анна вам уже доложила, – он отодвинул фотографии от себя. – И что?

– Виктор Витальевич, смею вам напомнить, что вопросы в этом кабинете задаю только я. А вы быстро и без заминок отвечаете, – произнес сыщик с некоторой угрозой в голосе. – Вы не ответили на мой вопрос. Вы знаете этих девушек?