Но беспокоило Гурова не только и, пожалуй, не столько это, а невозможность выяснить намерения Тихона и его банды. Они как будто собирались держать долгую оборону в его доме, но никаких оснований для этого Гуров не видел. Увы, в доме Тихона не было установлено оборудование для прослушивания. Справедливости ради следовало признать, что ничего подобного Гуров и не планировал. Он полагал, что инициатива в последующих событиях будет исходить от Прокопова. Скорее всего, так и было, но, к своей досаде, Гуров ничего об этом узнать не мог. Практически весь долгий день прошел впустую, в ожидании сообщений, но лишь к сумеркам Гурову доложили, что аппаратура готова и отслеживание переговоров Прокопова начато.

Он не выдержал и тут же сам поехал в тот район, где располагался банк Прокопова. Неприметный фургон, напичканный аппаратурой, стоял на автостоянке неподалеку, не вызывая ни у кого подозрений. О своем приезде Гуров предупредил техников, и, когда он появился, они уже подготовили для него некоторые записи.

Прокопов все еще находился на работе. Возможно, ему просто не хотелось возвращаться в пустую квартиру, где утром было совершено убийство. Но, возможно, для долгого бдения у него имелись совсем другие причины.

Впрочем, из записей, которые прослушал Гуров, каких-то определенных выводов сделать было невозможно. Прокопов вел разговоры с партнерами по бизнесу, с клиентами – ничего личного. Даже беседуя с хорошо знакомыми ему людьми, Прокопов ни разу не упомянул об утреннем происшествии.

Гуров знал, что полковник Крячко дожидается его в машине, но решил не спешить. Он нашел себе место в тесном фургончике и стал ждать. Было уже ясно, что сегодняшней ночью спать ни ему, ни Крячко не придется. Как говорится, не стоило и начинать.

Техники старательно прослушивали эфир, но ничего существенного из офиса Прокопова по-прежнему не исходило.

И лишь около девяти часов что-то произошло. Гурову протянули наушники. Он надел их и услышал голос Прокопова. По тону было ясно, что разговор не касается дел служебных и имеет скорее интимный характер, хотя собеседником банкира был, несомненно, мужчина.

– Ну так, что там у тебя нового? Эти все сидят?

– Сидят, – ответил незнакомый Гурову мужской голос. – Как мышки сидят, не шевелятся.

– Плохо, пора бы им пошевелиться, – с сожалением заметил Прокопов.

– Форсировать события тоже не стоит, – посоветовал собеседник. – Не беспокойтесь, шеф, у нас все под контролем.

– Я об одном беспокоюсь – только ли у вас, – многозначительно произнес Прокопов.

Собеседник, видимо, некоторое время переваривал эти слова, а потом сказал твердо:

– Нет, не думаю, мы бы заметили. Никакого постороннего вмешательства. Да и откуда, шеф?

– Откуда, говоришь? Не знаю. Не все у нас гладко. Ты все-таки смотри внимательнее.

– Безусловно, шеф. А вы все еще в офисе? Не тянет домой, а?

– Ты знаешь, я лирикой не увлекаюсь, – с некоторым раздражением ответил Прокопов. – Квартира теперь под присмотром, а мне-то что там делать? Я лучше делами займусь. Отвлекает, знаешь… от мыслей.

– Вы не беспокойтесь, – заботливо повторил собеседник, – мы бдим.

– Бдите! – разрешил Прокопов. – Звони, когда что-то изменится.

Разговор прервался. Техник показал пальцем на вертящиеся бобины магнитофона и прокомментировал:

– Это они, товарищ полковник, по мобильному связь держали. С тех пор как мы начали, это первый такой звонок.

– Кто второй? – спросил Гуров. – Хотя, впрочем, откуда вам знать! Да и не суть важно сейчас, кто это. Важнее понять, о чем они толковали.

– Хотите послушать еще раз? – предложил техник.

Гуров прослушал запись и пошел посоветоваться с Крячко. Тот умирал от скуки в машине и очень обрадовался появлению Гурова.

– Есть новости? – спросил он.

Гуров почти дословно передал ему содержание телефонных переговоров и спросил, что Крячко думает по их поводу.

– Ну что? Один сидит в офисе, – сказал Крячко. – Другой тоже где-то сидит. Типа, в засаде. Следит за теми, которые тоже где-то там сидят. Прокопов домой ехать не хочет. Трудоголик. Все понятно, по-моему. А что непонятно, то этот тип попозже скажет.

– Я сейчас хочу знать, – нахмурился Гуров. – Если они наблюдают, то за кем? Уж не за нашим ли объектом, а? Скорее всего, как ты думаешь?

– Скорее всего, – подтвердил Крячко. – Действительно, сидят – это слово очень точно отражает ситуацию. Как пришли, так и сидят. Я только что ребятам звонил. Они подтверждают – из дома по-прежнему никто и носа не высовывал.