— Из-за чего же они слабеют? Небось скажешь, из-за секса? — подозрительно сощурилась Таня.

— Ну, скорее из-за его отсутствия… — вздохнул Диланян, чувствуя необходимость объяснить биохимию патологии соединительной ткани, разворачивания коллагена, влияния эстрогенов, родов и так далее.

— Стоп-стоп-стоп! — забеспокоилась Татьяна Александровна, прочитав мысли Диланяна. — Ты, небось, хочешь сказать что-нибудь про гликозаминогликаны и метилирование эстрадиола?

— Ух, ты! Долго учила? — удивился Оганес и посмотрел на нее с уважением.

— С тобой поведешься… — махнула рукой Таня. — Как эта штука лечится?

— Ну, если мы говорим о стрессовом недержании, то производится так называемая слинговая операция. Суть в том, что под слабым участком уретры проводится… ну, петля, что ли — типа гамака: TVT и ее модификации.

— Рашн, рашн! — певуче высказалась Таня. — Ти-ви-ти? Что еще за телевидение?

— Не телевидение, a Tension-free Vaginal Таре — вагинальная петля, свободная от давления.

— Так. Теперь мне вообще все понятно! Только я ничего не поняла.

— Эм-м-м… Эта петля ставится таким образом, что не сдавливает уретру. Как только уретра хочет открыться сверх нормы, чтобы пропустить мочу, то оказывается, что у нее есть опора в виде этой самой петли.

— И недержание проходит?

— Ага.

— А можно без операции? — как-то совсем без надежды в голосе спросила Таня, видимо, вернувшись из ипостаси редактора в роль больного. — Ну, упражнения там, что-то еще…

— Укреплять мышцы тазового дна завсегда полезно и, паче того, супругу приятственно! — авторитетно заявил Диланян. — Но, понимаешь, Тань, недержание мочи — проблема многоликая. Причин очень много, для врачей целые тома методических пособий написаны! Диагностика ее форм — это отдельный раздел медицины. А без операции… Ну, смотря чем обусловлено это самое недержание. Во многих случаях можно обойтись упражнениями, физиотерапией, нейростимуляцией. Операция — это всегда крайний выбор, этот вопрос всегда надо решать вместе с врачом. У кого-то потеря одной капли вызывает истерику, а на деле оказывается, что это даже не недержание, а какие-то выделения. У другого десять прокладок в день — норма, потому что, видите ли, возраст! — Диланян огорченно закурил.

— Напишешь об этом статью? — тихо попросила Татьяна Александровна. — Считай, что есть мой личный интерес.

— Давай. Но только после того, как тебя полечим, хорошо?

— Шантажист!

— Ну, есть немного… Долго ты еще собираешься тратиться на прокладки?

— Нет. Не хочу больше.

— Тогда комплексное уродинамическое обследование и лечение. Хорошо?

— Давай, — обреченно сказала Таня. — А как ты про это смешно напишешь?

— Никак, Тань. Про это получится не только не смешно, но и полный объем не охвачу… Давай сделаем так: ты большим шрифтом напишешь под статьей призыв к женщинам.

— Какой?

— А вот такой:

— Хорошо, Оганес. Напишу. А теперь мне пора.

— Куда пошла? Так я тебя и отпустил! — воскликнул Диланян и потащил слабо сопротивляющуюся Татьяну в кабинет уродинамических исследований, дабы заставить ее мочиться и измерить струю мочи.

Странный человек этот Диланян, право слово…

— Диланян-джан, здравствуй, дорогой! — Голос в трубке принадлежал настолько близкому и любимому другу, что Высокосиятельный горный орел Князь, весь из себя ординатор второго года кафедры урологии Диланян заулыбался прямо в трубку и обрадовано начал жестикулировать.

— Вай, здравствуй, настолько близкий брат, что не знаю, кто может быть ближе, — закричал он.