— Ни то, ни другое, — отрезала Отулисса. — Я просто устала.

— Вы здесь впервые? — осведомилась сипуха. Отулисса прищурила глаза, полуприкрыв их веками. Она знала, что это невежливо, но ее вдруг охватили подозрения. Она слышала, что в краю Далеко-Далеко не принято задавать вопросов, к тому же она вовсе не собиралась докладывать первому встречному о том, откуда и зачем она прилетела.

— Позвольте представиться. Меня зовут Гвиндор.

На этот раз Отулисса вытаращила глаза и заморгала.

«Но здесь же у птиц не бывает имен!»

— Мне казалось, в вашем краю имена не приняты, — настороженно проговорила она.

— У кого не приняты, а у кого и наоборот, — философски ответил Гвиндор. — Могу я поинтересоваться вашим?

— Нет, не можете! — рявкнула Отулисса.

Кузнец внимательно взглянул на нее. Слишком внимательно, как показалось Отулиссе. Настолько внимательно, что ей захотелось посоветовать ему проглотить мышку и убраться прочь.

Она ненавидела, когда незнакомцы навязывали ей свое общество.

«Не всем же быть душой компании!»

Впрочем, нагрубить ему она всегда успеет. Может быть, этот Гвиндор будет ей чем-нибудь полезен?

— Видите ли, я разыскиваю клан Макдункана, — холодно, но вежливо сообщила Отулисса. — И буду очень признательна, если вы поможете мне в поисках.

— Ищете волков Макдункана? — дружелюбно переспросил Гвиндор. — Что ж, это славный клан, один из самых древних в этих краях. Несколько дней назад они охотились здесь, а потом, вроде бы, двинулись вверх, к реке Пеннволт. Так что поищите их там, голубушка.

— Благодарю вас, вы очень любезны. Позвольте задать вам еще один вопрос. Вы не могли бы указать мне, в какой стороне находится эта территория?

— О чем речь! Я с удовольствием составлю вам компанию.

— Что вы, это совершенно излишне! — запротестовала Отулисса. Она вовсе не хотела путешествовать в обществе назойливой масковой сипухи. Этот Гвиндор был грязен, как трубочист, и каждый раз, когда он открывал клюв и начинал говорить, с его перьев во все стороны летела сажа, припорашивая хорошенькие белые крапинки на оперении Отулиссы.

— Уверяю вас, это не доставит мне никакого беспокойства! Я как раз собирался лететь в ту сторону. Совсем недавно до меня дошли слухи о том, что один мой старый друг прибился к клану Макдункана…

— Вот как? — беспомощно пробормотала Отулисса. Она была совершенно сбита с толку. Что ей теперь делать? В конце концов, она была в свободной земле, где любая сова имела полное право лететь, куда ей вздумается.

Ладно, пусть летит, но разговаривать она с ним все равно не станет! Будет держаться холодно и сдержанно, без грубости, разумеется, но с молчаливым загадочным достоинством.

К сожалению, такая задача оказалась Отулиссе не по силам. Она просто физически не способна была молчать в присутствии потенциального собеседника.

Как только совы поднялись в воздух и взяли курс на территорию клана Макдункана, Отулисса раскрыла клюв и больше его не закрывала:

— Прошу вас, расскажите мне про обонятельные способности страховолков. Какие именно территории они помечают своими метками?

Но не успевал Гвиндор ответить на один вопрос, как Отулисса тут же задавала ему следующий:

— Как вы полагаете, они используют эти метки в оскорбительном или в осмотрительном смысле? А что вы думаете по поводу их кодекса чести? Как, по-вашему, может сочетаться столь высокий уровень развития с непрестанной агрессией? Почему они постоянно враждуют друг с другом? Кстати, у вас весьма странное произношение, я бы сказала, в нем есть…

— Картавость?

— Да-да, именно так. Заднеязычное произношение звуков.

— Это принесли сюда страховолки, а от них переняли все остальные, — пояснил Гвиндор. — Наш выговор так и называется — страховолчий.

— Вот как? Это очень правильно. Но я так же расслышала в вашей речи еще один небольшой акцент. Видите ли, лингвистика — это моя страсть. Я ее обожаю, это один из моих самых любимых предметов! Кстати, я свободно разговариваю на кракиш. Вы не могли бы научить меня вашему диалекту?

«Глаукс Милосердный, за что мне такие муки? — подумал несчастный Гвиндор. — Она когда-нибудь замолчит или нет?»