— Но тогда… тогда это… — начал он, с трудом подбирая слова.

— Тебе предстоит сделать то, о чем ты даже думать не хочешь. Твой путь лежит в страну Далеко-Далеко.

Нироку показалось, что у него оторвался желудок. Они что, сговорились что ли? И вообще, с какой стати каждый встречный — от скрума в призрачном лесу до прозрачной совы по имени Мгла — считает своим долгом рассказать ему, что он должен делать? Кто они такие, в самом деле?

— В Далеко-Далеко живут отверженные и изгнанники, — медленно произнес Нирок. — Поэтому я должен отправиться туда, да? Вы считаете, что там мое место? Но почему? Что я вам всем сделал? Я же ни в чем не виноват!

— Нет! Что ты, нет! — в ужасе воскликнула Мгла, и воздух вокруг нее заискрился и полыхнул яркой радугой: сквозь ее прозрачные перья просвечивали лучи солнца. — Как только тебе в голову пришли подобные глупости? Не смей так даже думать! Кроме того, я не произносила слова «должен».

— Как это понимать?

— У тебя есть свобода воли, мой милый. Если ты и должен что-то, так это выбрать: лететь тебе в Далеко-Далеко или не лететь.

— А если я выберу лететь, что тогда?

— Возможно, ты обретешь свое предназначение.

— Я не знаю, что это такое и не уверен, стоит ли его обретать.

— Именно поэтому тебе лучше немного пожить с нами. Тебе нужно время, чтобы все обдумать.

— Да, вы правы. Я был бы рад.

— Но тебе нужно имя…

— Имя?

— Выбери его сам. Кстати, ты умеешь читать? — Нирок отрицательно помотал головой. — А буквы знаешь?

— Две, — ответил Нирок.

— Две? Как интересно! Какие же?

— Фи И.

Мгла озадаченно моргнула. Почему именно эти две? Что за странный выбор!

— Ты не обидишься, если я спрошу — почему именно их?

— С них начиналось имя моего лучшего друга. Его звали Филипп. Он хотел показать мне все остальные буквы и научить читать, но мы успели выучить только эти две… — Нирок судорожно сглотнул подступающие слезы. — А потом моя мама убила его.

Он зажмурился, боясь снова увидеть тот страшный день и клюв матери, вырывающий сердце из растерзанной груди Филиппа.

Но Мгла уже успела увидеть эту сцену в сознании Нирока и невольно содрогнулась. Что за ужасное создание, эта Нира! Нет, бедному малышу непременно нужно остаться здесь и немножко передохнуть. Ему нужна любовь, забота и легенды о храбрых совах.

Она поведает ему о Великом Древе и пернатых рыцарях, которые каждую ночь поднимаются в черноту небес, чтобы творить добрые дела. Каждую ночь она будет рассказывать ему о совах Га'Хуула, которые не говорят ничего, кроме правды, и не щадят собственной жизни, чтобы искоренить несправедливость, вдохнуть силы в оробевших, восстановить разрушенное, покарать спесивых и низринуть тех, кто попирает слабых.

Она расскажет ему о том, как легенды о Га'Хууле спасли Сорена и Гильфи от лунного ослепления, как каждое слово этих сказаний очищало их мозг и наполняло силой желудки.

Она расскажет ему все это. Она напичкает его легендами о Хууле.

В гнезде орлов молодой Нирок найдет покой, заботу и участие. Мгла слышала разговоры о том, что Нира опять набирает свои войска, вербует наемников и одиноких кузнецов. Но никто и никогда не узнает о том, что молодой наследник набирается сил в царстве Амбалы, потому что мало кто осмелится проникнуть в горное пристанище орлов, охраняемое ядовитыми змеями.

— Это «С»! Так неинтересно, это слишком просто! Загадай мне что-нибудь посложнее, Хитрисса! — кричал Нирок летучей змее, извивавшейся над его головой.

Вот так он обучался грамоте. Каждый день летучие змеи поднимались в воздух и чертили в небе буквы алфавита. Нирок оказался очень смышленым и способным учеником.

— Хочеш-шь трудную? — прошипела Хитрисса.

— Да!

Зеленая змея повисла над самой его головой и принялась изгибаться в сложную фигуру, но не успела закончить, как Нирок громко заухал:

— «Б»! Это «Б»!

— Ладно, тогда попробуем слова, — вмешалась Мгла. В тот же миг Укусе подлетел к Хитриссе, и темнеющее небо расцветили сверкающие вспышки маленьких сине-зеленых молний: это две змеи дружно сплетались, расплетались, изгибались и извивались в сложном рисунке.

— «Гром»! — завопил Нирок.

— Мне кажется, тебе пора подумать об имени, — покачала головой Мгла, отрываясь от своего вязания. Вязать ее научила Гильфи, которая, в свою очередь, выучилась этому искусству у одной из домашних змей с Великого Древа.