— Все нормально, — ответил Каспер. — Теперь только успели бы.

— А к чему они должны успеть? — спросил Леший, переваливаясь на бок и пытаясь дотянуться до неподвижного Бортника. — К морковкину заговенью? К шапочному разбору? Нет, ребята-демократы, нам эти пацаны ничем не помогут. Лера… подтяни его.

— Что ты хочешь? — Лера вопросительно взглянула на сталкера. — Почему они нам не помогут? Если не противоядие, то хотя бы стимуляторы у Шульца вытрясут.

— Ты не поняла, — Леший дотянулся до подсумков сержанта и тщательно их обшарил. — Куда он гранаты дел? Неужто все истратил? Как не вовремя… Ты, Лера, не поняла. Допустим, принесут они антидот или допинг, не важно, взбодримся еще и мы с Бортником, выйдем в поле, дадим биомехам прикурить в четыре «бройлерных» хари. Вы еще поможете…

— Вот именно!

— А потом нас отпустит — и все закончится. Или не отпустит, это не имеет значения. Мы занимаем невыгодную позицию, один шаг назад — и кранты. Впереди биомехи, слева море, полное гидроботов, справа те же биомехи. Нам некуда деваться. Когда мы истратим все боеприпасы, чугунки задавят нас массой.

— Но сюда идут войска!

— Все войска стоят на уровне Сеятеля. Чугунки заблокировали шоссе и насыпь намертво. Есть слабая надежда на вертолетный полк и десантуру. Но пока вертушки прилетят из Бурмистрова, пока пройдут сквозь Барьер, потом сквозь заслоны драконов над Бердском… Нет у нас реальных шансов, Лера. Ни единого. Это не паника, это объективная оценка ситуевины.

— Я поняла, к чему ты клонишь! — Лера нахмурилась и помотала головой. — Даже не думай. Никто никуда не уйдет!

— Вы не правы, Валерия Андреевна, — сказал Терещенко. — Если вы останетесь, лишь увеличится счет потерям. И что важнее всего, Шульц ляжет на дно.

— Плевать! Хотите уходить — уходите! Вас тоже никто тут не держит! Вы военные, мы вольные, какое вам дело до нас и наших проблем? Забирайте своего сержанта и топайте. Время пока есть.

— Времени нет, — негромко возразил Галимов. — И энергии в аккумуляторах у нас нет. Далеко не уйдем. Перестреляют поодиночке.

— Так что мы останемся, — подытожил Терещенко. — А вот вы с Каспером… если в хорошем темпе…

Полковник взглядом указал на бойцов по ту сторону моста. Найденов и Копейкин к тому моменту уже оделись и рванули к повороту. Рванули очень быстро.

— Бегун из меня не очень, — перебил офицера посредник. — Зато я знаю эти места.

— Так в чем же дело, идите!

— Единственный шанс прорваться — это пройти по берегу. Вон там, по самому урезу воды. Выше очень подвижная осыпь, по ней не пройдешь, а ниже, сами понимаете, вода, в ней гидроботы. Но если идти след в след точно по кромке… А потом свернуть направо и подняться по руслу высохшей речки до инженерной будки старого водозабора…

— Мысль понятна, — вмешался Галимов. — Только как раз это направление сейчас перекрыто. Между нами и берегом триста метров сплошных чугунков. По их башням предлагаете пройти?

— Предлагаю выждать удобный момент. Когда они втянутся на шоссе и ударят, мы ответим, затем устроим какую-нибудь дымовую завесу и быстро спустимся к воде.

— Толково, но без прикрытия не получится. Да и не факт, что они все выйдут на шоссе.

— Это просто вариант. Шанс.

— Я прикрою, — сказал Леший. — Лера, снимай с Бортника доспехи.

— Зачем?

— Чтобы потом было легче его тащить. А батарейку дай мне.

— Половина заряда, — предупредила Лера, протягивая сталкеру «сердце зверя», вынутое из доспехов инструктора.

— У меня вообще ноль, — Леший выбросил разряженный аккумулятор и вставил новый. — Вот теперь порядок. Ну что, человеки, постреляем?

— Не спеши… — с усмешкой ответил Терещенко. — Всего пятнадцать минут прошло. Еще сорок пять в запасе. Так, капитан?

— К бою, — отрицательно качая головой, ответил Галимов. — Обсчитались мы. Топают.

Все, кроме Бортника, мгновенно заняли позиции и уставились на приближающуюся ударную группу железного войска.

Биомехов приближалось много. Очень много. И основную массу надвигающейся армады составляли тяжелые машины. Впрочем, когда чугунная армия подошла ближе, люди поняли, что немного ошиблись в оценке боевой мощи войска биомехов. Оно оказалось еще мощнее. На бортах тяжелых машин сидели сотни ботов-андроидов.

Лязгающий металлом, серый, лоснящийся под моросящим дождем поток разумных машин медленно заливал все видимое пространство, пожирал шоссе и терялся среди автонов жестяного леса. Биомехи надвигались неотвратимо, как волна цунами. И точно по центру их строя, направляясь прямиком к замершим на своей убогой позиции людям, шагал Троян. Он больше не менял свой основной облик, будто бы сигнализируя этим, что намерен окончательно решить с Лешим наболевший вопрос «кто кого».

«Одна проблема, — подумалось Лешему. — Раньше этот вопрос как стоял? Человекоподобная машина раздавит человека, или нафаршированный электронными имплантами и механическими приспособлениями человек победит машину. А теперь? Машина против человека в чистом виде. Да еще этот человек в паршивой физической форме. Честнее? Да, конечно, кто бы спорил. Только мне почему-то вообще не нравится эта честность. Наконец-то реальный вызов? Серьезные ставки? Да, согласен. Только не пошли бы все букмекеры куда подальше! Особенно один бородатый. Тот самый, который нас с Трояном придумал, и теперь мы по его воле постоянно «случайно» пересекаемся. Ах, что вы, он же крестный, как он может желать нам зла?! Ну, может, он и не желает ничего такого, да вот беда, у него с головой не все в порядке и категории добра и зла в его понимании сильно отличаются от общепринятых».