Леший осторожно приблизился к жерлу тоннеля и прислушался. Внутри «подкопа» тоже никто не прятался. Во всяком случае, поблизости от въезда.

Леший вернулся к группе и остановился напротив Бортника.

— Чисто.

— Очень хорошо, — инструктор подал бойцам знак входить в тоннель. — Сейчас спрячемся, чтобы не отсвечивать, и подождем.

— Чего подождем? — спросил сталкер.

— Транспорта, — Бортник указал на просвет тоннеля. — Давай, топай, не тормози. Прикроешь, пока грузимся — и свободен.

— Прикрывать лучше оттуда, — Леший указал на темные зигзаги неглубоких траншей слева от въезда.

— Здесь я подежурю, а ты со стороны «подкопа» прикроешь, — пояснил Бортник. — Не нравится мне, что чистильщиков нет на месте. Могут в тоннеле обнаружиться. Ты тогда…

— С военными драться не буду!

— Сигнал подашь, — Бортник поморщился. — Что ты все время норовишь поперек встать, как шлагбаум какой-то? Да, нехорошо с тобой обошлись, но ведь скоро все закончится. Чего после драки кулаками махать?

— Драка пока продолжается. — Леший резко развернулся и пошагал в глубь тоннеля.

Сделал он шагов двадцать, не больше, когда внутренности сковал новый приступ. Сталкер остановился, скрючился от боли и едва не рухнул на колени. Устоять на ногах ему помог «пятьсот пятьдесят пятый», который вновь оказался поблизости.

— Нет военных, — вдруг тихо проронил боец. — Я помню, когда так бывает. Я стоял в этом карауле.

— И когда так бывает? — прокряхтел Леший, безуспешно пытаясь разогнуться.

— Когда готовится зачистка «подкопа». Раз в месяц. Плазмой.

— Да, бывает такое, — морщась от боли, согласился Леший. — Но этот тоннель на прошлой неделе чистили, точно знаю…

— Транспорт! — прервал их диалог рапорт бойца, наблюдавшего за обстановкой в тоннеле.

— Первые номера ко мне, — почти сразу же крикнул Бортник, — к бою!

— Какого… — Леший не закончил вопрос.

Как только «пятьсот пятьдесят пятый» отпустил проводника, спазмы скрутили внутренности Лешему с новой силой. Но сталкер и без пояснений Бортника понял, в чем дело.

Под покровом темноты к Немчиновскому въезду медленно, но верно приближались сталтехи. Шли они, не маскируясь, и точно по следам группы.

Леший обернулся. Из глубины тоннеля задним ходом вырулил большой пикап. Грузовичок остановился в двух шагах от группы.

Бортник и двое бойцов прикрытия тут же попятились, стараясь отойти к машине.

Вторые номера тем временем закинули свои рюкзаки в кузов пикапа, забрались в него сами и приготовили «Штормы» к стрельбе.

Бортник приказал одному из бойцов прикрытия занять место в кабине, а второго отправил помогать Лешему.

Помощником вновь оказался «пятьсот пятьдесят пятый», то есть Найденов. Он попытался подтащить Лешего к машине, но не успел. В тоннель начали втягиваться сталтехи, в авангарде которых двигался целый десяток тех странных биомехов с четырьмя манипуляторами.

Сообразив, что сейчас начнется, Бортник не стал запрыгивать в кузов пикапа, а бросился к Лешему и Найденову и прижал обоих к стене. И этим спас жизнь не только проводнику и бойцу, но и себе. Потому что дальше началось нечто невообразимое.

Сталтехи вдруг ринулись, как застоявшиеся жеребцы, вперед и в три секунды очутились у машины. «Бройлеры» успели выпрыгнуть из кузова, рассредоточиться и открыть огонь, но железный натиск оказался слишком мощным. Сталтехи перевернули пикап и, втаптывая в землю хабар, а заодно и тела гибнущих под пулями соратников, бросились на бойцов.

Вряд ли эти киборги помнили, что такое эмоции, но в их порыве ощущалось что-то вроде ярости вырвавшихся из клетки хищников. Их будто бы долго сдерживали, не кормили и постоянно дразнили, а тут вдруг распахнули дверцу и подстегнули бичом.

«Бройлеры», конечно, тоже умели впадать в боевой экстаз, но сейчас победа им не светила. Новая «яростная» программа поведения сталтехов почти уравнивала возможности встретившихся в тоннеле «цепных псов» и «хищников», однако численное преимущество оставалось за сталтехами. И не просто оставалось, оно росло с каждой секундой.

В тоннель втягивались все новые и новые силы биомехов и механоидов (строго говоря, сталтехи являются единственным видом тварей, которым подходит это название, ведь они формально живые, одушевленные, но почти на девяносто процентов подобны механизмам). Всего-то шестеро «бройлеров», включая шофера, при всем желании не могли одолеть эту биомеханическую и механоидную орду.