— Джейми говорит, религиозность леди — гарантия того, что она будет хорошей и верной женой.

— Хорошей и верной женой, — фыркнула Линнет. Она сложила руки на груди и бросила на парочку испепеляющий взгляд. — Ни один смертный не соблазнит Агнес, это уж точно.

Она так ужасно разозлилась, глядя, как он шествует по залу с этим образцом добродетели. Это подразумевалось как пощечина ей, и она почти чувствовала ее жжение на своей щеке.

— Джейми говорит, — снова подал голос Оуэн, — что всегда будет точно знать, где находится Агнес.

Линнет в ярости топнула ногой.

— И этого для него достаточно?

— Так он говорит. Молюсь, чтобы он образумился, пока еще не слишком поздно.

Линнет проглотила слезы, грозящие прорваться сквозь ее злость.

— Ну, ты ведь, конечно же, не позволишь ему совершить эту ужасную ошибку? — спросил Оуэн, подтолкнув ее локтем. — Если ты не спасешь этого дурака от его же глупости, вы оба будете сильно жалеть.

— Он пока еще не готов меня выслушать.

— Готов или нет, времени у тебя не осталось. Он намерен завтра уехать из Виндзора.

Оуэн прав. Если она собирается отвоевать его обратно, то не может больше откладывать.

— Полагаю, Джейми пожертвовал бы всем ради тебя, — сказал Оуэн, посерьезнев, — если бы мог быть уверен в тебе.

— Боюсь, уже слишком поздно. Я дважды уязвила его гордость, и он мне этого не простит.

— Ну ты же не сдашься так легко, а? — усмехнулся Оуэн. — Обычно ты как терьер.

— Пожелай мне удачи.

Она сжала руку Оуэна.

Джейми может делать вид, что не замечает ее присутствия, но она-то знает, что это не так. Как только она направилась к нему через огромный зал, его глаза устремились к ней. Выражение лица было жестким, но он не смотрел больше ни на кого.

Несколько мужчин пытались заговорить с ней, но она, улыбаясь и кивая, проходила мимо, сосредоточенная на своей цели. Подойдя к группе, с которой стоял Джейми, она встала с ним рядом и стала приветствовать каждого.

— Сэр Фредерик, — сказала она привлекательному мужчине по другую сторону от нее, одетого в тунику цвета сочной зелени и шляпу такого же цвета. — Какой изысканный бархат.

Ткань и в самом деле была бесподобна — из ее запасов.

— Лорд Стаффорд!

Она широко улыбнулась ему, подумав, каким несносным он будет тестем. Джейми почти заслуживает такого.

— Добрый день, леди Агнес.

Отсутствие интереса во взгляде девушки удивило и порадовало Линнет. Может, леди и скучна, но в этой драме она невинна.

Линнет завершила круг и повернулась наконец к Джейми. У него на скулах ходили желваки, от гнева лицо пошло красными пятнами.

— Сэр Джеймс! Как приятно видеть вас. — Она послала ему безмятежную улыбку, которой научилась у королевы. — Вы хорошо себя чувствуете? Вы что-то… раскраснелись.

— Прекрасно, как никогда! — огрызнулся Джейми.

— Музыканты восхитительны, не правда ли? — сказала она, обращаясь ко всем. — Уверяю вас, даже в Париже никто не мог бы с ними сравниться.

Это замечание привело к оживленной дискуссии, как она и надеялась. Англичане ничего не любят больше, чем слышать, что они превзошли французов в каком-нибудь культурном достижении.

Пока другие были таким образом заняты, она обратилась к Джейми, понизив голос:

— Нам надо поговорить.

Он сосредоточил взгляд над головой мужчины напротив него.

— Нам не о чем говорить.

— Ты можешь отойти со мной сейчас, или мы поговорим прямо здесь, при всех, — сказала она. — Ты же знаешь, как мало меня заботит, что подумают люди.

Она почти услышала, как он скрипнул зубами.

— Я пойду, — сказал он, — потому что было бы нехорошо позволить тебе смутить леди Агнес.

— Если хочешь знать мое мнение, она будет только рада, что ты ушел. — Затем она повысила голос, обращаясь к остальным: — С вашего позволения, королева просила меня привести к ней сэра Джеймса. Она желает о чем-то его спросить.

Джейми хотел объявить, что она врет. Она безмятежно улыбнулась ему, давая понять, что так оно и есть и что он ничего не может сделать. Назовет ее или королеву лгуньей прилюдно? Нет, не назовет.