Еще раз окинув взглядом зал в надежде увидеть Джейми, Линнет взяла руку Эдмунда и села на подушку рядом с королевой.

Эдмунд опустился на колено возле нее.

— Я вынужден покинуть вас, чтобы принять участие в состязании, — сказал он, удерживая обе ее руки и взгляд слишком долго. — Могу я просить вас о любезности?

Линнет вскинула брови:

— О чем?

— О любезности, — повторил Эдмунд. — Скажите, что будете болеть за то, чтобы я выиграл состязание.

— Разумеется. Буду хлопать громче всех.

Он поцеловал ей руку и, глядя на нее с чертовщинкой в глазах, спросил приглушенным голосом:

— И какую награду ты даруешь мне, если я выиграю, сладкая?

Она наклонилась вперед и прошептала в ответ:

— Я вовсе не сладкая, поэтому не жди, что тебе понравится то, что я дам тебе.

— Я все же рискну. — Он ослепительно улыбнулся и подмигнул ей. — Может статься, несладкая награда окажется еще сладостнее.

Прежде чем она успела ущипнуть его, Эдмунд вскочил и присоединился к молодым людям, которые собрались напротив дам на полу.

Королева наклонилась, чтобы прошептать ей на ухо:

— Оуэн утверждает, что он плохой танцор, но я уговорила его принять участие в соревновании. — Она захихикала как девочка и добавила: — Это дает мне повод полюбоваться на него. Не правда ли, он прекрасно выглядит в новой одежде?

Короткая зеленая туника и оранжевые леггинсы выгодно демонстрировали мускулистые бедра Оуэна.

— Туника — подарок от вас? — поинтересовалась Линнет.

— Поскольку он смотритель моего гардероба, его внешность отражается на мне, — сказала королева Екатерина. — Поэтому важно, чтобы он хорошо одевался.

Может, это и так, но Линнет сомневалась, что смотритель королевского гардероба получил бы такой прекрасный подарок, если бы был шестидесятилетним толстяком.

Джоанна Белкнап, одна из фрейлин королевы, которая сидела дальше в ряду, наклонилась вперед, привлекая их внимание.

— Танцоры готовы! Первый — начал!

Дамы с энтузиазмом хлопали, когда каждый из молодых людей выходил по очереди в танцевальный круг, кружась и перепрыгивая через свечу, вставленную в высокий подсвечник посредине. Третьим был Эдмунд Бофор, который оказался искусным танцором. Когда он грациозно, как олень, пролетел над свечой с запасом в целый фут, дамы восторженно завопили и затопали ногами в самой неподобающей леди манере.

Проделав заключительный круг поворотов и танцевальных па, Эдмунд с разбегу перепрыгнул через свечу, вытянув руки и ноги. Приземлившись, он упал на колени, заскользил по полу и остановился прямо перед Линнет. Линнет откинула назад голову и рассмеялась — пока не почувствовала покалывание в затылке.

Она обернулась и увидела Джейми, прислонившегося к стене вместе с некоторыми другими мужчинами, которые не участвовали в состязании. Его глаза прожигали в ней дыру, и он не хлопал вместе с остальными. Быть может, не все еще потеряно. У Джейми такой вид, точно он не может решить, то ли убить ее, то ли сорвать с нее одежду. Линнет надолго встретилась с ним взглядом, нимало не заботясь о том, что кто-то может заметить.

Королева ткнула Линнет локтем в ребра, вновь возвращая ее внимание к танцующим.

— Сейчас очередь Оуэна!

Эдмунд Бофор остался там, где был, полулежа на полу перед Линнет, когда музыканты заиграли новую песню, и Оуэн вышел на сцену.

Оуэн имел тяжелое, мускулистое телосложение, больше подходящее для рыцарского поединка, чем для танцевального состязания. Однако он был из тех мужчин, которые не боятся выставить себя в глупом свете и посмеяться над этим. Именно его веселость и беззаботность и привлекали к нему королеву. И хотя Оуэн не мог даже сравниться с выступлением Эдмунда, но танцевал он так живо и весело, что дамы скоро разразились аплодисментами.

— Ради Бога, ваша милость, не смотрите вы так восторженно, — прошептала Линнет, хотя это, разумеется, не помогло.

Музыка сделалась быстрее, давая знать, что выступление Оуэна подходит к концу.

Бурное поощрение дам побудило Оуэна сделать еще один заключительный круг. Когда он огибал сторону, где сидели дамы, Линнет увидела, что прямо на пути у Оуэна лежит край чьего-то платья. Не успела она выкрикнуть предостережение, как нога Оуэна запуталась в ткани.

— Ой! — слишком поздно вскрикнула Линнет, когда Оуэн полетел вперед, прямо на дам, которые отшатывались в стороны и вскакивали на ноги.