— Профессор, это шутка… а если серьезно — я сама умею отвергать ненужные притязания.

Он совсем не чувствовал себя глупым, что неизбежно случилось бы всего лишь днем ранее.

— Не хочешь прятаться за мной.

— Сама справлюсь. Лучше скажи, что у тебя за спиной?

— Руки.

Лила снова рассмеялась и восторженно поцеловала его.

— А что еще?

Макс протянул букет маргариток.

— Я их не сорвал, — пояснил он, зная ее отношение к цветам, — а купил у Сюзанны. Она сказала, что ты питаешь к ним слабость.

— Они такие веселые, — пробормотала Лила, тронутая до глубины души, спрятала в маргаритках лицо, затем поднял на Макса глаза. — Спасибо.

Макс обнимал ее за плечи, пока они шли к стоянке.

— Сегодня приобрел автомобиль у Кики.

— Профессор, вы полны сюрпризов.

— Мне кажется, тебе будет интересно услышать, насколько мы с Амандой продвинулись в изучении списков. Можем съездить на побережье поужинать. Побыть наедине.

— Звучит заманчиво, но мои цветы…

Макс усмехнулся:

— Я захватил вазу, она в машине.

Солнце опускалось за холмы на западе, они гуляли по галечному пляжу, который образовывал естественный волнолом на южной оконечности острова. Вода тихо плескалась на насыпях из гладких камней. С наступлением сумерек все больше стиралась линия между небом и морем, пока все не слилось в мерцающую бездонную синеву. Одинокая чайка, возвращаясь к гнезду, парила в вышине, издавая долгие пронзительные крики.

— Это особенное место, — заметила Лила и, схватив Макса за руку, спустилась по булыжникам к краю берега. — Волшебное. Даже воздух совсем другой.

Она прикрыла веки и глубоко вдохнула.

— Наполненный невероятной энергией.

— Красиво.

Макс неторопливо наклонился и поднял камень, просто чтобы ощутить его вес на ладони. Земля растворялась вдали.

— Я часто прихожу сюда, чтобы постоять и почувствовать. Мне кажется, когда-то я бывала здесь.

— Ты только что сказала, что часто приходишь сюда.

Лила улыбнулась, глаза стали мягкими и мечтательными.

— Я имею в виду — сто лет назад или пятьсот. Не верите в перевоплощения, профессор?

— Вообще-то, верю. В колледже я работал над этим вопросом и после завершения исследований обнаружил, что это очень жизнеспособная теория. Если применить ее к истории…

— Макс. — Она обхватила его лицо. — Ты сводишь меня с ума.

Ее губы изогнулись, встретившись с его ртом, и все еще улыбались, когда Лила отпрянула.

— И что это было?

— Так и вижу тебя, глубоко погрузившегося в толстые фолианты и обширные примечания, волосы спадают на лоб, брови сведены в линию, что происходит всякий раз, когда ты сосредотачиваешься на упорном добывании истины.

Нахмурившись, Макс начал перебрасывать голыш с руки на руку.

— Довольно скучный образ.

— Нет, совсем не скучный. — Лила склонила голову, изучая его. — Очень правильный, самый замечательный. Даже отважный.

Макс коротко усмехнулся.

— Поход в библиотеку не требует храбрости. В детстве это служило удобным спасением, потому что, читая книги, я никогда не страдал от приступов астмы. Я обзавелся привычкой скрываться между полками, — продолжил он. — Казалось очень весело воображать себя в плавании с Магелланом или в экспедиции с Льюисом и Кларком [24] , или гибнущим при осаде Аламо, или марширующим по полям Атниетама [25] . Тогда мой отец стал бы…

— Стал бы что?

Макс неловко пожал плечами.

— Довольным мною. В средней школе он был футбольной звездой. Отличным нападающим. Какое-то время играл почти профессионально. Из тех людей, которые никогда в жизни не болеют. Любитель выпить пива в субботний вечер и отправиться на охоту на выходные в сезон. А я начинал хрипеть, как только он вкладывал мне в руки тридцатифунтовую штангу.

Макс отбросил булыжник.

— Он мечтал сделать из меня мужчину, но так и не сумел.

— Ты сам себя сделал.

Лила взяла его за руки, клокоча от ярости на человека, не ценившего и не осознававшего подарка, который ему преподнесла судьба.

— Если он не гордится тобой, это его ошибка, не твоя.

— Бодрящая мысль.

Макс смутился, обнажив старые раны.

— В любом случае я пошел своим путем. Мне гораздо уютнее в классной комнате, чем на футбольном поле. И думаю, если бы не прятался в библиотеках все эти годы, не стоял бы сейчас здесь с тобой. А это именно то место, где я хочу находиться.