— Сволочи, с «граника» (гранатомета) накатили! — проворчал доктор.

Я внутренне сжался. В ушах немного звенело. С БМП, идущей сразу за нами, кто-то выпустил длинную автоматную очередь в сторону ближайших кустов.

— Без команды не стрелять! — проорал комбат.

Народ на танке соблюдал внешнее спокойствие, только глаза зыркали по сторонам, отмечая любое движение среди листвы. Да что тут рассмотришь — вокруг «зелёнка»! На расстоянии метров пяти — десяти еще можно что-либо разглядеть, а дальше — сплошная листва и ветки.

Над головой раздался еще один взрыв, по броне чем-то глухо звякнуло несколько раз, а на обочине взмыли фонтанчики пыли.

«Боже, как тут все громко!» — промелькнула почему-то нелепая мысль.

— Ну, козлы. Осколочной по веткам лупанули! — Снова прокомментировал происходящее доктор. — Специально по веткам бьют, чтобы нас посекло.

— Спешиться! Укрыться за броней! Стрелять только при явном нападении! — подавал команды комбат.

Меня удивило, с каким спокойствием выполнялся его приказ. В этом спокойствии присутствовала даже какая-то торжественность, не раз прочитанная в исторических книгах и увиденная в фильмах о древних воинах, что готовились принять неизбежный бой.

Через несколько десятков метров, быстрым шагом, под прикрытием танка мы добрались до места, где дувал резко уходил вправо, а деревья стали гораздо реже.

Не верилось в реальность происходящего. Со стороны виноградника доносился сладковатый запах, а среди ветвей безмятежно щебетали птицы. Окружавший нас сумрак постепенно сменялся яркими пятнами полянок, залитых палящим солнцем. Впереди уже отчетливо виднелся громадный виноградник с изумрудными листьями, за которым, словно пришедшая из сказок Шахеризады из «Тысячи и одной ночи», маячила крепость.

Из «зеленки», впереди, слева от колонны, раздалась длинная пулеметная очередь. Мгновенно, из едущей за нами БМП-1, ухнул «Гром».

Зеленка огрызнулась автоматными очередями. Над головой несколько раз противно вжикнуло.

— Занять оборону!

Пробежав еще немного, я залег в удобном месте, укрывшись за большим, замшелым камнем. Изготовился к стрельбе. Боковым зрением увидел как, взревев мотором, танк повернул башню. Его ствол стал медленно опускаться.

Вдруг почувствовал пинок по сапогу.

— Ты чего здесь разлегся? Бежим дальше. Видишь: танк завелся, хоботом водит. Сейчас стрельнет! — прокричал доктор, мой новый знакомый.

И тут танк выстрелил….

Ощущение такое, что от грохота я словно подлетел сантиметров на десять над землей вместе с пылью. Пыль осталась в воздухе, а я плюхнулся обратно, на землю. В ушах откровенно звенело.

Перебегая от дерева к дереву, вскоре возле нас оказался Игорь Больбатов. Залег неподалеку от доктора, который, присев, укрылся за стволом соседней акации.

— Нужно бежать к комбату. Он на опушке. Доктор, беги первым, прикроем. Игорь наугад выпустил короткую очередь в то место, откуда недавно работал духовский пулемет. Доктор, петляя, как заяц, отбежал от нас в сторону опушки метров двадцать и залег за каким-то пнем.

Деревья расступились еще сильнее. Их кроны над нашими головами уже не сплетались в сплошной шатёр. Солнечные лучи пробивались сквозь листву и яркими пятнами покрыли окружающую нас зелень. Видимость улучшилась.

— Давай теперь ты! — Игорь подтолкнул меня.

Короткими перебежками добрался до доктора, перевел дух. Пробежал еще метров десять и залег.

Через дорогу, метрах в тридцати от меня, подозрительно пошевелилась ветка кустов. Дал туда две коротких очереди.

В ответ раздался одиночный глухой выстрел. Ах ты, гад! Перекатился к соседнему дереву. На том месте, где я только что лежал, взметнулся фонтанчик пыли.

Боковым зрением увидел, что Игорь перебегает от дерева к дереву.

Не дожидаясь Больбатова, вскочил и, согнувшись пополам, побежал в мою сторону доктор. Залег.

Я удивился своему спокойствию. Почему-то в голове прозвучали слова майора Ермошкина из моего Суворовского детства: «Ветер пулю так относит, как от прицела два отбросить». Виктор Алексеевич, дорогой вы мой офицер-воспитатель из Калининского СВУ, какой нужной сейчас оказалась ваша наука!

Мой АКС изрыгнул еще две очереди. Не знаю, это было на самом деле или нет, но из кустов, по которым я стрелял, послышался вскрик. Оттуда, где мы спешились после обстрела из гранатомета, елочной гирляндой сверкнула очередь трассеров в то место, куда стрелял я и откуда был слышен вскрик.