– Да. Я постараюсь забрать тебя к себе. Навсегда. Или мы вспыхнем двойной звездой. Или взорвемся. Последнее, к сожалению, гораздо вероятнее.
– Даня.
– Ну?
– Ты будешь мне сниться?
– Нет.
– Почему???
– Я собираюсь вдоволь насладиться последними десятилетиями одиночества перед грядущей вечностью союза с тобой, дорогая.
– Рептилия! Сволочь крылатая! Чешуйчатая скотина!
Она била его подушкой. Долго. Потом еще дольше обнимала и плакала. Даниллин хотел бы надеяться, что от радости. Читать ее мысли он благоразумно не рискнул.
* * *
Вместо эпилога.
Три слова начертанные кровью на листе серой бумаги:
