Он сделал еще несколько звонков: директору кладбища, коронеру графства и владельцу похоронного бюро Аврилу Таннертону.

Джошуа спросил:

– Разве вы не собираетесь произвести обыск в резиденции Фрая?

– Разумеется. Постараемся найти доказательства, что там проживали два человека. Возможно, обнаружатся какие-нибудь улики, свидетельствующие о других убийствах. Хорошо бы подвергнуть обыску и особняк на утесе.

– К сожалению, там нет электричества, – предупредил Джошуа, – так что придется отложить до завтра.

– О’кей, – согласился шериф. – А пока я хотел бы посетить резиденцию среди виноградников.

– Прямо сейчас? – Джошуа с готовностью вскочил на ноги.

– Никто из нас не ужинал. – Лоренски улыбнулся. – Идемте, перекусим в кафетерии за углом. А затем отправимся к Фраю.

Перед уходом Лоренски сказал дежурной, куда идет, и попросил немедленно связаться с ним, если поступят новости из Лос-Анджелеса. Вдруг они схватят Бруно Фрая.

– Это не так просто, – мрачно произнесла Хилари.

– Хилари права, – поддержал ее Тони. – За сорок лет своей жизни Бруно развил в себе колоссальные способности по части конспирации. Он, конечно, псих, но чертовски хитер. Лос-анджелесской полиции придется долго играть с ним в кошки-мышки.

С наступлением ночи Бруно закрыл ставни на чердаке.

Теперь на каждом столе и каждой тумбочке горели свечи. На потолке и стенах плясали тени от колеблющихся язычков пламени.

Бруно знал: пора идти искать Хилари-Кэтрин, но у него не было сил, и он постоянно откладывал.

Очень хотелось есть. У него во рту со вчерашнего дня не было ни крошки. В желудке урчало.

Он еще некоторое время сидел на кровати возле мертвого, пытаясь сообразить, где раздобыть немного пищи. В кладовке осталось несколько не взорвавшихся и даже не вздувшихся банок с консервами, но у него не было уверенности, что они не испортились. Битый час Бруно решал эту проблему. Как бы поесть так, чтобы его не засекли шпионы Кэтрин? Они повсюду. Чертова сука и ее приспешники. Ему трудно было сосредоточиться – даже на еде. В конце концов он вспомнил, что в новом доме осталось немного продуктов. Молоко, конечно, скисло, а хлеб зачерствел, зато в кладовке полно консервов, а в холодильнике достаточно фруктов и сыра и даже есть торт из шоколадного мороженого – в морозильной камере. При мысли о мороженом Бруно радостно захихикал, как маленький. Мороженое и надежда на то, что сытный ужин придаст ему недостающие силы, заставили Бруно покинуть чердак и со свечой в руке пробраться к выходу. Снаружи он погасил свечу и сунул ее в карман. Спустился по скрипучим ступенькам с утеса и стал пробираться через виноградники.

Десятью минутами позже, в своем новом доме, он чиркнул спичкой и снова зажег свечу: включать электричество казалось слишком рискованным. Он взял ложку, достал из холодильника торт из мороженого и начал жадно поедать его прямо из коробки.

Когда Бруно был уже не в силах проглотить еще кусочек, он бросил ложку в коробку и убрал остатки торта обратно в морозильную камеру. Теперь нужно набрать побольше консервов, потому что поиски и расправа с Кэтрин могут затянуться, а всякий раз возвращаться сюда за едой очень опасно. Рано или поздно проклятая сука установит наблюдение за домом. Но вряд ли она станет искать его в былой резиденции Лео – ни за что на свете! Вот там-то он и спрячет запасы провизии.

Бруно прошел в свою спальню и вытащил из шкафа вместительную дорожную сумку. Отнес ее на кухню и стал наполнять стеклянными банками с консервированными персиками, грушами, апельсинами, мандаринами, маслинами, ореховым маслом и желе; при этом он заворачивал каждую банку в бумажное полотенце, чтобы не разбилась. Туда же полетели жестянки с венскими сосисками. Полная сумка оказалась довольно увесистой, но у него хватит сил донести ее.

Бруно вспомнил, что в последний раз принимал душ вчера вечером, в коттедже Салли в Калвер-сити. Он ненавидел грязь: она каким-то образом ассоциировалась с шорохами и мерзкими тварями, ползающими по всему телу. Пожалуй, стоит рискнуть и освежиться перед уходом – пусть даже на несколько минут он станет голым и беспомощным. Но проходя через гостиную, он услышал шум взрезавших тишину моторов. По дороге через виноградники шли машины.

Бруно подбежал к окну и чуточку, не более чем на один дюйм, отодвинул занавеску.

Два автомобиля. Приближаются по склону невысокого холма к стоянке.

Кэтрин. Поганая сука и ее друзья – ожившие трупы!

Охваченный паникой, он бросился обратно на кухню, схватил сумку с продуктами, погасил и сунул в карман свечу. Вышел через заднюю дверь и опрометью ринулся в кусты. Там он пригнулся к земле и стал ждать.

Из автомобиля вышли люди, и он узнал их, одного за другим. У него бешено заколотилось сердце.

Шериф Лоренски и инспектор Тим Ларсон. Ничего себе! Выходит, и среди полицейских есть оборотни. Ни за что бы не подумал!

Джошуа Райнхарт. Так, значит, старый адвокат только прикидывался живым? Один из адских дружков Кэтрин.

И она – сука! В новом прекрасном теле.

И тот человек из Лос-Анджелеса.

Все четверо вошли в дом. В окнах вспыхнул свет.

Бруно разогнулся, схватил сумку и во всю прыть пустился бежать через виноградники.

Шериф Питер Лоренски, инспектор Ларсон, Джошуа, Тони и Хилари разбрелись по всему дому, открывая шкафы, роясь в ящиках, осматривая полки в кладовках.