– Не дождешься, - процедила Холина. И только сейчас заметила остановившегося подле рослого малого с раскрасневшимся лицом.

– Я эту девку наколол, - объявил он Денису, движением локтя оттесняя его в сторону.

– Сколько?
– обратился он к Холиной.

– Что?!
– поразилась та.

– Давай без понтов. Сколько за ночь, спрашиваю. Только нас трое будет.

Тут он заметил, что отодвинутый малый все еще здесь.

– Тебе чо не ясно?
– миролюбиво поинтересовался он.

– Я ее первым снял, - сообщил Денис. И тем "малинового пиджака" даже несколько развеселил.

– Исчезни, - предложил "пиджак".

– Нет вопросов. Но вместе с ней, - Денис потянул Холину с табурета.

– В дыню хочешь, - догадался пиджак.

– Хило-то не станет?
– глаза Лобанова сузились в предвкушении драки.

– Порву, - коротко предупредил "пиджак". Он потянулся к лицу Дениса, то ли чтоб шлепнуть, то ли, чтоб схватить за нос.

– Для протокола, - не я первым начал, - сообщил Лобанов всполошившимся девицам по соседству и, уклонившись от ленивой руки, смачно, с наслаждением врезал по подставленному подбородку.

Не дожидаясь, пока набросятся остальные, сам подскочил к столику, за которым они сидели. Ударив по нему ногой, опрокинул обоих, да так, что, падая, те в свою очередь обрушили на пол еще одну компанию.

Поднялся женский визг, следом - мужские крики. Дениса качнуло от увесистого удара сзади, - оказывается, с другой стороны стойки обосновался еще один "малиновый" стол. Блокировав следующий удар, он точнехонько угодил коленом меж ног противника, выведя его из строя на пять-десять минут.

Не дожидаясь нового нападения, ухватил Холину за руку и, воспользовавшись общей сутолокой, поволок по парадной лестнице вниз.

Навстречу, на крики, бежало несколько секьюрити. При виде убегающих они перегородили лестницу.

– Мужики, быстро в зал!
– не останавливаясь, выкрикнул Денис.
– Там какие-то братки на Понаровскую наехали! Такая буча! Тех, что наверху, боюсь, не хватит. Я вон еле выдрал знаменитую журналистку. Ну, чего ждете: пока сюда телевизионщики за скандалом понаедут?

То ли узнав Холину, то ли сметенные его напором, секьюрити через ступеньку рванули дальше.

– Твой номерок! Живо!
– рявкнул Лобанов, подскочил к гардеробу, впечатал оба номерка перед пожилым швейцаром. Тот накрыл их рукой, но выдать одежду не спешил, пристально вглядываясь слезящимися глазами в тяжело дышащего мужчину.

Сориентировавшаяся Холина выудила из сумочки тысячерублевую купюру и впечатала рядом с морщинистой рукой.

Вид денег добавил старому гардеробщику живости, - куртка и шубка возникли будто ниоткуда.

Когда они выскакивали из казино, Денис обернулся на шум, - на верху лестницы появились люди.

Не желая рисковать, он потянул Ирину в сторону Садового кольца. Через полминуты они укрылись в темноте меж двумя конкурирующими казино - "Метелицей" и "Арбатом". Тяжело дыша, выжидали, нет ли погони.

– Господи! Да что ж это за непруха такая!
– взвыла Холина.
– Лобанов, у меня что, в самом деле, такой блядский вид, что каждая сволочь норовит снять?

– Тебя чего за стойку потянуло?
– в свою очередь полюбопытствовал Денис.

– То есть? Столики оказались заняты. А я осталась одна, - вот и села, где удобней. Это что, криминал?

Денис удивленно качнул головой.

– Я думал, журналисты всё знают. Посетители сидят за столиками. А на барных табуретках - рабочее место проституток. Так что извиняйте, конечно, но могли схлопотать и от местных "бабочек" - за то, что клиентов отбиваете.

– В самом деле?
– Ирина сощурилась, веселея на глазах. Похоже, в ней начала торжествовать журналистка, неожиданно добывшая материал для репортажа.

Преследователи не появились. Отдышавшись, они спустились к Смоленской. И здесь, на свету глянув на спутника, Ирина охнула, - через всю левую щеку тянулась струйка крови, убегающая под ворот рубахи.

Денис и сам только теперь почувствовал боль, - очевидно, нападавший бил кастетом и рассек кожу. К тому же начал заплывать глаз.

– Едем ко мне, - Холина требовательно подняла руку перед бегущими по Садовой машинами.
– Я здесь неподалеку. Подремонтируем. Не могу ж я бросить своего спасителя.