— Спустить шлюпку! — крикнул Блад, но вдруг замер…

Море между «Тайной» и испанцами внезапно вспыхнуло. Сумерки шарахнулись в стороны, а огненная волна с развевающейся гривой пламени понеслась прямо на неприятельские корабли. Потрясенные испанцы онемели, а огненный вал хищно обнял корпус флагмана, хлестнул по бушприту брига. Просмоленная древесина и канаты послушно занялись. Не прошло и четверти часа, как оба испанских судна превратились в гигантские костры. Несчастный экипаж оказался в ловушке — за пылающими бортами плескалась пылающая вода.

Тем временем «Тайна» все-таки ухитрилась поймать ветер и по самой кромке огненной купели сдвинулась в сторону. Путь эскадре Блада был открыт.

Но тут случилось непредвиденное: ветер снова переменился и погнал огонь прямо на многострадальный фрегат. Насытившееся пламя было уже слабым, но и его хватило, чтобы упавшие паруса фока «Тайны» затлели. Огонь весело побежал по рангоуту и снастям, разгораясь на ветру.

— Шлюпки на воду! Шлюпки на воду! — разнеслось над флибустьерскими кораблями, и через полчаса весь экипаж «Тайны» со слезами на глазах следил с борта «Арабеллы» и «Атропос» за тем, как догорают на черной воде останки легкокрылого белого фрегата.

— И чего вы добились? — Блад, нахмурив брови, сердито глядел на понурившихся подруг. — Нарушили приказ, глупо и напрасно сожгли корабль…

— Хотелось бы посмотреть на вас, если б мы сидели дома! — покосилась на капитана Джоанна.

— Объяснили бы лучше, как дошли вы до жизни такой, — ввернула Ксави. — Почему это, интересно, Санта-Роза до сих пор целехонька, а доблестные корсары отыгрывают у испанцев только пешки? Или вы ждете этого осла — Мигеля Эспиносу, чтобы мужественно сдаться ему в плен?

Нэд подскочил, словно наступил на кактус:

— Думай, что несешь! Поломилась бы с наше в эти бастионы, небось по-другому запела бы!

— Ну ничего себе! — взвилась Мари. — Сами нас бросили на произвол, а теперь этим же и попрекают, обормоты!

— Брэк! [63] — подняла руку Джоанна. — Хватит гавкотни! С одной стороны, Питер прав: потеря «Тайны» была, действительно, глупой. Но все же не напрасной. Целы два других корабля и все экипажи, а это кое-что значит. Кроме того, мои люди готовы идти куда угодно, хоть к черту в пекло. Так что, к делу, капитан!

— К какому там делу! — махнул рукой Волверстон. — Это не крепость, а зубы дракона! Ядрами били, подкопы рыли, на абордаж брали — всё без толку. Да и береговая охрана — звери. Плюнуть бы да уйти — так нет! Кэпу, видите ли, гордость не позволяет! Тьфу!

— На абордаж, говоришь, брали? — хитро прищурилась Ксави. — А на понт? В смысле, хитростью…

— Была одна идея, — пожал плечами Блад. — Но мертворожденная. А вы готовы что-нибудь предложить?

— Пока нет. Но придумаем, — Джоанна украдкой подмигнула Мари. — Ладно, братцы, утро вечера мудренее. А сейчас не мешало бы и отдохнуть. После трудов праведных.

Питер проводил девушек в каюту для гостей. Что-то в последней фразе Джоанны не давало капитану покоя, но уставший Блад отмахнулся от внутреннего голоса и, пожелав гостьям спокойной ночи, оставил их одних.

— Ну, чего ты там сообразила? — Ксави подпрыгивала от нетерпения. — Давай, выкладывай!

— Вот прицепилась! Нечего мне выкладывать! — Джоанна по обыкновению уселась на стол и задумчиво качала ногой. — Черт тебя дернул полтонны нефти за борт выплеснуть, прародитель экологических катастроф!

— Зато трюмы освободились, — беспечно заявила Мари.

— А заодно и все остальные составляющие «Тайны». В том числе аппаратура.

— А вот тут вы, кэп, в корне неправы. Пока ты майной-вирой занималась у шлюпок, я послала ребят к нам в каюту за заветным сундучком. Так что аппаратура целехонька. Вон она, в уголочке.

— Да? Тогда слазь-ка за стационарным пультом — неплохо бы с Центром напоследок посоветоваться.

— Ща! — Ксави бодро подскочила к сундуку, сунула нос внутрь, но вдруг, ойкнув, медленно выпрямилась и виновато глянула на подругу:

— Ой, Джо! Это… это не тот ящик!

Джоанна уставилась на сконфуженную Мари долгим немигающим взглядом.