— Спокойнее, юноша! — прикрикнул Ремийе. — Что, другие наши пленники сбежали? Скоро вся башня будет кишеть непокорными магами?

— Нет! — Молодой маг помотал головой и согнулся вдвое, упершись руками в колени, чтобы хоть как-то отдышаться. — Корабли! Сюда плывут корабли!

Первый Чародей помедлил, с сомнением оглянулся на Архитектора и снова повернулся к тяжело дышавшему юноше.

— Что за корабли? — спросил он властно. — Сколько их? Говори!

— Три! — выдохнул маг. — Большие! Под королевским флагом!

Бреган стремительно развернулся, впился яростным взглядом в Мэрика, но тот лишь дерзко ухмыльнулся в ответ.

— На меня не смотри, — прибавил он, пожав плечами. — Если бы я мог вызвать силой воли целый флот! Весьма полезное умение.

Ремийе сплюнул.

— Это тейрн Логэйн, — бросил он, выговорив “тейрн” с холодной издевкой. Затем щелкнул пальцами, обращаясь к храмовникам: — Перекройте вход под башней.

Солдаты бросились выполнять приказ, а Ремийе повернулся к молодому магу:

— Пусть все маги соберутся на верхнем этаже. Если с кораблей попытаются высадиться на остров — сожгите их.

— Но они будут слишком далеко!

— Тогда сожгите всех, кто высадится на берег! Сожгите весь остров, если понадобится! Живо!

Первый Чародей яростно взмахнул рукой, и молодой маг, пятясь, кое-как вывалился в коридор. За дверьми уже слышны были крики и топот.

— Если это Логэйн, — заметил Мэрик, улыбаясь еще шире, — вас ждут большие неприятности.

— Когда у нас в заложниках его драгоценный король? — со смешком отозвался Бреган. — Не думаю.

— Значит, ты плохо знаешь Логэйна.

Первый Чародей уже стремительно шагал к ним, сыпля ругательствами. Озлобленный голос его разносился по всему залу. Архитектор, не проявляя ни малейшей взволнованности, подошел к Брегану, за ним по пятам шла Ута.

— Досадное осложнение, — заметил эмиссар.

Бреган кивнул:

— Я бы сказал, что нас преследуют осложнения.

— И однако же, все еще можно исправить. Необходимо исправить, иначе мы лишимся единственной удобной возможности.

— Не лишимся, — заверил Бреган эмиссара и вопросительно глянул на сестру. — Не лишимся, если Женевьева забудет о своем малодушии и поможет нам.

На лице женщины отразилась нерешительность. Она медленно пятилась от Архитектора, настороженно поглядывая на приближавшегося к ним Первого Чародея. Бреган подумал, что сестра похожа на загнанную в угол кошку. Или на собаку. На очень упрямую собаку.

— То, что вы задумали, — преступление, — прошептала она едва слышно.

— А разве прежде тебя это останавливало? — огрызнулся Бреган.

Женевьева метнула на него ненавидящий взгляд, но промолчала. Долгое время они, не говоря ни слова, смотрели друг другу в глаза. В какой-то момент Брегану показалось, что сестра сейчас сломается, покорится его желанию, и тут подал голос смуглокожий вор, который стоял на коленях, скованный, рядом с королем.

— Женевьева, ты еще можешь их остановить! — яростно выкрикнул он. — Ты еще можешь…

Зарычав, Бреган развернулся и с такой силой ударил мальчишку по лицу, что тот отлетел прочь и стукнулся головой о пол. Громко зазвенели цепи, и молодой Страж застонал от боли. Оскалясь, Бреган снова повернулся к Женевьеве и сразу понял, что удобный момент упущен. Сестра приняла решение.

Она обнажила меч, и солнечный свет, сверкнув, отразился на гладком металле, когда Женевьева направила клинок на Брегана. Взгляд ее был тверд, и в глазах горела ненависть.

— Я не дам вам этого сделать, — проговорила она. — Я совершила ошибку, когда согласилась примкнуть к вам.

Бреган тоже выхватил меч, и с губ его сорвалось гортанное рычание. Он удивился тому, как сильно хочет убить собственную сестру. Впрочем, она ничем не лучше прочего человеческого отребья. Что же, к этому всегда шло. Все эти годы, когда она терзалась неутоленной гордыней и завистью, злобно и обиженно косилась на него вопреки всему, что он для нее сделал. Не надо было соглашаться с идеей Архитектора привлечь Женевьеву на их сторону. Надо было прикончить ее еще тогда, на Глубинных тропах.

— Что ж, — сказал он холодно, — давай исправим эту ошибку.