ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Даже в этом фешенебельном районе Мюнхена трудно было встретить второе подобное сооружение. Вилла из белого бетона, металла и стекла, непонятной формы — казалось, она пыталась приподняться над землей, подобно летающей тарелке, сверкая и переливаясь на солнце, как диковинная друза циклопических кристаллов.

Обнаружив рядом с калиткой в ограде кнопку звонка, Тед нажал и стал ждать. Наконец мужской голос из замаскированного динамика рявкнул:

— Кто там?!

— Я приехал к... — (как же ее назвать?) — ... к мадемуазель Рене.

— Ждите, — отозвался голос.

Через минуту замок щелкнул и калитка приоткрылась. Дорожка из белоснежного сверкающего дробленого мрамора вела к двери виллы.

Стоило Теду подойти к двери, как она отворилась и на пороге вырос высокий крепкий парень в черных брюках и белой рубашке, с глубоко посаженными глазами под густыми белесыми бровями. Смерил его взглядом и отступил на шаг.

— Проходите, пожалуйста. Госпожа баронесса сейчас вас примет, — голос у этого громилы оказался на удивление мягкий и вежливый.

Препровожденный в комнату этажом выше, Тед остановился у окна, разглядывая обстановку. Белые стены, серая плитка на полу, стеклянный столик около двух белоснежных кожаных кресел — и единственное яркое пятно – красная керамическая ваза неправильной формы на узкой черной подставке. И цветы в ней — яркие, экзотические, сияющие и переливающиеся буйными красками.

Они манили к себе и вызывали нестерпимое желание дотронуться, погладить пальцами непонятно из чего сделанные сверкающие лепестки. Оглянувшись, Тед подошел к ним, протянул руку — и в этот момент услышал сзади:

— Нравится?

В дверях стояла женщина — и какая женщина! Никто не назвал бы ее очаровательной — это слово здесь просто не подходило — но великолепная, роскошная, сногсшибательная! Даже без обуви она была, пожалуй, на сантиметр-два выше него, но сейчас ее ноги украшали босоножки: два золотистых ремешка без задника на высоком каблуке.

Кроме босоножек, на ней был пестрый струящийся халатик, распахнутый спереди и не скрывавший ни великолепной фигуры, ни груди, обтянутой весьма открытым купальным костюмом. Роскошная грива золотистых волос, большие голубые глаза, сильная линия челюсти и ярко накрашенный рот — чуть великоватый, но вполне подходящий ко всему остальному.

— А... да, — ответил Тед, стараясь не слишком откровенно пялиться на нее. Впрочем, он сомневался, чтобы ее это обидело — она явно привыкла производить впечатление.

— Это я сама делаю, — сообщила женщина, подойдя к креслу, и уселась, небрежно откинувшись на спинку, — из стекла. Это мое хобби.

По-французски она говорила безупречно — если в речи и чувствовался акцент, то почти незаметный.

— Я — баронесса фон Вальрехт. Чем обязана, мсье... — в ее голосе послышался вопрос.

— Я хотел бы видеть Рене... Перро, — Тед решил, что назвать Рене именно так будет правильно.

— Почему вы думаете, что она здесь? — это прозвучало легко, но без удивления человека, услышавшего совершенно незнакомое имя.

— Она дала мне этот адрес.

— Когда? — спросила баронесса быстро и резко.

— Сегодня ночью. По телефону.

Несколько секунд подумав, она встала.

— Ну хорошо. Пойдемте. Плащ и шляпу можете оставить здесь.

Анфиладой комнат, расположенных на разных уровнях, он проследовал за ней, стараясь не очень отставать — походка блондинки была столь стремительна, что, казалось, при движении она поднимает ветер, развевающий полы ее воздушного халатика.

Пройдя арочный проем, закрытый занавесью из стеклянных бусин, Тед оказался в огромном помещении — темно-синие стены и пол, стеклянный потолок и длинный прямоугольный бассейн, расположенный в центре.

И два гибких тела, извивающихся в воде — темная и светлая голова и туча брызг вокруг. В первый момент Теду показалось, что головы три — еще одна пестрая — но в следующий миг понял, что это мяч, который пытаются отобрать друг у друга два человека, и один из них — Рене! Вторым оказался мальчишка лет тринадцати, светловолосый и очень похожий на блондинку-баронессу.

Все это Тед успел рассмотреть, пока шел к бассейну. Наверное, Рене почувствовала его взгляд, потому что обернулась и замерла. Еще мгновение — и она, забыв про мяч, бросилась в его сторону, ухватилась за край бассейна и попыталась вылезти, пренебрегая лесенкой, находящейся метрах в пяти справа.

Тед шагнул к самому краю, протянул ей руку и выдернул из воды, придержав второй рукой, чтобы она не поскользнулась.

Секунду они смотрели друг на друга, потом заговорили одновременно:

— Что ж ты раньше не позвонила...