— Нет! — огласил номер громкий, преисполненный страданием крик Димы.

Брат упал на колени перед унитазом и схватился за него руками, как будто еще можно было что-то вернуть назад.

— Не трогай его лишний раз. Еще заразу какую подхватишь, — усмехнулся я. Вся эта сцена с надрывными криками и вздыманием рук к небу казалась жутко театральной. Настроение резко улучшилось, так как я всерьез полагал, что если нет зелья, то нет и проблем. Но, как выяснилось, они только начинались.

Дима встал с колен и обернулся к нам. Его лицо почернело от злости. Брат так сильно сжал кулаки, что костяшки пальцев побелели. Похоже, он еле сдерживался, чтобы не броситься на нас.

Ты полный кретин! — Хотя зелье вылила Амаранта, брат по какой-то ему одному известной причине избрал меня главным объектом для ненависти.

Будь добр, выбирай слова, — предостерег я, — а лучше иди к себе в номер, потому что я не желаю разговаривать с тобою в таком тоне. Выспишься, действие зелья пройдет, тогда и обсудим твои проблемы.

Не смей меня прогонять, — угрожающе подняв вверх кулак, произнес Дима.

Ты хочешь меня ударить? — поинтересовался я с легким оттенком любопытства. Интересно, насколько далеко он собирается зайти в своем стремлении получить зелье?

Ты только что позволил вылить одно из самых величайших даров этого мира в унитаз и еще спрашиваешь? — со слезами на глазах проговорил Димка.

Да зачем оно тебе? Разве нам было плохо без зелья?

Может, вам и не было, — указывая на нас с Эмми, ответил брат. — Она и так вампир и обладает огромной силой. При этом она готова выполнить любое твое желание. Тебе несказанно повезло. А что остается мне? Прозябать в вашей тени?

До этого момента я не подозревал, что собственный брат мне завидует. Если бы кто-то сказал мне об этом, я бы очень удивился, потому что полагал: в моем нынешнем положении нет ничего хорошего. Моя девушка — вампир, и я никогда не считал это привилегией или подарком судьбы, наоборот, был бы только счастлив, если бы Эмми снова стала человеком. Думаю, и она тоже не отказалась бы от такого шанса.

— Я вечно должен исполнять вторые роли, — между тем жаловался Димка. — Вы никуда меня не берете. Вечно беспокоитесь, что со мной может что-то случиться. А мне уже не пять лет. Я хочу жить на полную.

— Живи, — обескуражено развел я руками.

— Так не мешай мне! — Выкрикнув это, Дима направился к двери, которая только чудом удержалась на петлях после его хлопка.

Я перевел взгляд на Эмми, надеясь, что у нее есть объяснение случившемуся. Мне были непонятны мотивы брата, и я списал их на возбуждение от зелья.

— Надо его вернуть, — тихо проговорила Амаранта.

Завтра сам придет, — уклонился я от обязанностей старшего брата. Не хотелось снова начинать этот бессмысленный разговор, а насколько я знал Диму, этого было не избежать. Лучше ему побыть наедине со своими мыслями.

Скоро закончится действие зелья, — напомнила Эмми.

— Прекрасно, — кивнул я, — только этого я и жду.

Ты не понял, — принялась она за разъяснения, — вы слишком долго принимали его, так что ломка неизбежна.

Ломка? — Я удивился, услышав от Эмми термин из лексикона наркоманов.

— Более подходящего слова найти невозможно.

Я понимал, что в такой тяжелый момент Дима не должен оставаться один, но во мне заговорила обида. Вспомнилось, что этой ночью брат поднял на меня руку и собирался сделать это повторно. Пусть помучается, кровожадно подумал я. Еще сам приползет как миленький, когда станет совсем плохо. Вот так мелочная часть моей души одержала верх над состраданием и любовью к младшему брату. Видимо, за это я и был впоследствии наказан.

— Сам справится, не маленький, — заявил я.

Эмми посмотрела на меня с осуждением, но не стала спорить. У девушки было правило, которое она старалась не нарушать: не лезть в наши семейные споры и перепалки. Амаранта полагала, что мы сами должны разбираться между собой. Конечно, она всегда помогала мне советом, но дальше этого дело не шло.

Чтобы как-то отвлечься, я позвонил отцу и доложил ему об успешном окончании дела. Как оказалось, он тоже наконец достал суккуба и готов в любую минуту выехать к нам. Помня о небольших шалостях, о которых мы не посчитали нужным ему сообщить, я догово-рился о встрече за пределами города, выпросив лишний день на восстановление сил. Кто знает, сколько длится эта «ломка»? Учитывая, что я впервые имею дело с подобной вещью, ответа у меня не было. Для нас же будет лучше, если мы приедем к отцу свеженькими и бодрыми.

Закончив разговор, я обратился к Эмми:

Когда это начнется?

Ты почувствуешь, — туманно ответила она.

Просто я хотел знать, сколько у нас времени.

Амаранта поняла намек и посмотрела на меня с легкой улыбкой:

На твоем месте я бы думала о другом.

Например?

— Лучше посмотри телевизор, — вздохнула Эмми. — Силы тебе еще понадобятся.

Ничего не оставалось, как подчиниться. Было около пяти утра, не все каналы работали, но мне удалось найти неплохую передачу о животных. Не знаю, кого в такую рань может заинтересовать жизнь подводного мира, но именно на нем остановился мой выбор.