У Хранителя Меча застучало в висках, он едва смог пробормотать:

— Но как такое возможно?..

Маг сжал кулаки:

— Мне никогда не забыть моего путешествия по Фофару. Мне никогда не забыть, как ко мне, так как я был в мантии мага, подошли пятнадцатилетние девочки в школьной форме и с невинным видом попросили сделать бесполыми трех их однокласниц. Эти «милые» девочки заставили подружек сделать запретное и намеревались до каникул использовать их, как рабынь для удовольствий, а затем продать, чтобы выручить деньги для поездки на море. Очень практично, вы не находите, Владыка?

Йаарх только зевал, как рыба, вытащенная из воды.

— И я вынужден был сделать это, — с горькой, кривой усмешкой продолжил маг, — чтобы не выдать себя. Как вы думаете, кем я себя после этого чувствовал?

— Наверное, чудовищем… — буркнул Хранитель.

— Именно, — тяжело вздохнул Эльнор. — Понимаете теперь, почему я так ненавижу Совет и выступаю против него? Они насадили свои законы насильно, не считаясь ни с кем. Даже тем народам, которые сопротивлялись. И особенно тем, кто сопротивлялся.

— Значит война неизбежна?

— Абсолютно неизбежна.

— Спасибо, я понял, Эльнор, — тихо произнес Йаарх, в его глазах уже не было ярости, в них плескалась боль. — Еще вопрос. Меч сказал мне, что вы маг Предела.

— Это так, — опять поклонился маг. — Я нашел в развалинах заброшенного подземного города храргов одну из легендарных книг Предела, и она приняла меня, разрешив себя изучить. Кроме вас, я единственный маг Предела в мире. К сожалению, магия Совмещения Разностей была забыта…

— Благодарю за разъяснения.

Эльнор настороженно заглянул ему в глаза:

— Позвольте спросить, Владыка…

— Спрашивайте.

— Вы говорили, что вам сказал меч…

— А вы разве не знали, что Серый Меч разумен и имеет душу, а не просто магический артефакт? — удивился неведению Магистра Книги Хранитель.

— Нет, этого я не знал… — покачал головой Эльнор, с сочувствием глядя на Йаарха. — Тяжко это, наверное, — жить, имея внутри себя кого-то, кто знает каждое твое побуждение и каждую мысль.

«Я стараюсь как можно меньше вмешиваться в жизнь своего Хранителя, особенно — в личную, — услышал каждый внутри себя сухой голос Серого Меча. — Только при самой крайней необходимости, уважаемый маг».

— Благодарю вас за разъяснения, Совмещающий Разности! — поклонился в пространство Эльнор, а Йаарх с очень большим сомнением фыркнул.

«И нечего мне тут фыркать!» — уже только ему раздраженно бросил Меч.

— Есть одно, что я хотел бы прояснить, Владыка, — заговорил молодой маг.

— Что?

— Я не могу принести вам клятву вассалитета, — по лицу Эльнора пробежала тень, — любой маг сразу поймет, что я стал чьим-то вассалом.

«Клятва ученичества», — услышали оба голос Меча.

— Не лишено остроумия, Совмещающий Разности, — по губам мага пробежала едва заметная ехидная усмешка. — Совсем не лишено. Пусть себе ломают головы, к кому мог поступить в ученики самый сильный маг Колхрии…

Поймав удивленный взгляд Йаарха, он подтвердил:

— Это не похвальба, Владыка. Я говорю правду.

— Что ж, тем лучше… — с некоторым сомнением в голосе сказал Хранитель.

— Тогда приступим к клятве, — встал маг.

Йаарх последовал его примеру.

Эльнор опустился на одно колено и принес клятву Ученичества. Йаарх в который раз за этот бесконечный день выдернул Меч из тела, положил его лезвие на скрещенные над головой руки Магистра Книги, одновременно произнося слова принятия клятвы. Волна холода пронзила обоих, и клятва вступила в свои права.

Едва они успели закончить, как в дверь постучали, и голос олтиярского короля произнес:

— Владыка, юноша здесь.

— Пусть войдет, — ответил Хранитель.

Дверь приоткрылась, и в нее втолкнули бешено сопротивляющегося, шипящего, как дикая кошка, Гадала. Он окинул взглядом комнату, увидел учителя и расслабился. Но при виде человека в серо-серебристой мантии одного из высших магов Колхрии его глаза изумленно расширились. Эльнор с любопытством уставился на парнишку, одетого как крестьянин. Его брови поползли вверх, и Магистр Книги откинулся на спинку кресла.