— И я не могу дышать. Ты позволишь мне подняться? — мой голос перешел на писк, я слегка сдвинулась под Натаном, но слишком поздно поняла, какой эффект может вызвать извивающееся женское тело у полуголого мужчины.

Он смутился, чувствуя себя виноватым, и скатился с меня.

Пока Натан занимался Зигги, я села и осторожно обследовала обгоревшие участки на руках и груди. Кожа в этих местах почернела. Когда я решилась ради интереса оторвать кусочек, он отслоился, открыв новую плоть.

— Почему я не сгорела?

— Потому что я спас твою задницу, вовремя накинув на окно одеяло, — ответил Зигги.

Натан издал гортанный звук. Я не могла сказать наверняка, был ли он раздражен по поводу комментария Зигги или расстроен из-за травмы его черепа.

— Ее нужно зашить, — тяжело вздохнув, сказал он, как только обследовал рану Зигги.

— Это могу сделать я.

Натан покачал головой в ответ на мое предложение:

— У меня под рукой нет необходимых приспособлений, а ты еще не можешь контролировать себя, находясь рядом с таким количеством крови. — Он повернулся к Зигги: — Будет безопасней, если ты отправишься в больницу. Ты не против?

— Все же лучше, чем находиться здесь, — ответил тот, пожав плечами. — Пребывание здесь похоже на то, как будто плаваешь в бассейне с акулами.

Натан направился в свою комнату и вернулся уже одетым в брюки и с туго свернутой пачкой наличных в руках.

— Возьми это, — приказал он. — Иди прямиком в отделение скорой помощи.

Зигги засунул деньги в карман рубашки.

— А куда еще я могу пойти? К Денни?

— Зная тебя, возможно все. Но я не шучу, — предупредил Натан. — Держись подальше от улиц сегодня ночью. Я хочу, чтобы ты там не появлялся.

— Да без проблем, — проговорил Зигги. — В отделении скорой помощи мне, наверное, дадут какое-нибудь обезболивающее.

Натан смотрел, как он спускается по лестнице, затем закрыл дверь и повернулся ко мне.

— И вот мы снова одни. Ты и я. Вдвоем. Не совсем одетые.

Это замечание было игривым и неожиданным. Я не знала, что сказать, поэтому прижала руки к груди, пытаясь скрыть обгоревшие дыры в футболке, и заставила себя засмеяться:

— В последнее время мне совсем не везет с кофтами.

— Ну, я бы предложил тебе другую футболку, но уже увидел, что ты сделала с этой, — его голос звучал устало, но он все равно улыбался. — Кроме того, мне нравится вид.

Я закатила глаза:

— Если ты собираешься умничать, я не буду обращать на тебя внимание.

Натан пытался юмором побороть напряжение. Даже проведя с ним недолгое время, я поняла, что он перенес столько стрессовых ситуаций, что уже давно можно было заработать язву. Натан был намного приятней, когда использовал свою обычную тактику решения проблем.

Слабый солнечный свет, выглядывавший из-под краев одеяла, висевшего на окне, совсем исчез. Если бы Далия кинула кирпич через пять минут, то к тому моменту уже наступила бы ночь. Я снова взглянула на мою обожженную плоть. Раны практически зажили.

— Почему это случилось? — спросила я, поднимая свою опаленную руку.

— Потому что ты вампир. Разве ты не видела фильмов про них? — задал вопрос Натан.

— К твоему сведению, я фанатка оборотней.

Он скорчил гримасу:

— Если бы ты встретила хоть одного, то не была бы.

— А оборотни существуют? — я улыбнулась. Мне всегда нравились мысли о диких парнях, которые ведут себя в постели, как животные. Не то чтобы я знала это по опыту, но можно же помечтать.

Глубоко вздохнув, Натан вытянул ноги.

— Почему вы, женщины, находите их чертовски привлекательными? А удаление клещей из этого парня тоже возбуждает?

— Я никогда не говорила, что они привлекают меня. Я просто сказала, что предпочитаю их, ну, этим человекоподобным пиявкам. — Я увидела сигареты Зигги, лежавшие забытыми на журнальном столике и вытащила одну из пачки. — В любом случае, почему это случилось сейчас? Прошло около двух месяцев с тех пор, как на меня напали, но я же бывала на солнце.

Натан подтолкнул пепельницу ко мне.

— Ты тогда не пила кровь. У тебя, должно быть, была повышенная восприимчивость к свету, но стоит выпить крови — эта чувствительность становится смертельной. Так написано в «Сангвинаре».

— Да, но мое перерождение еще не закончилось, — смущенно призналась я. — Но в этом есть смысл. После того, как я начала… пить кровь, искусственный свет больше не беспокоит меня так, как раньше.

— Ты проходила через длительный процесс превращения в вампира. Но после того, как перестала отрицать свой голод, изменения завершились. — Он забрал у меня сигареты. — Это Зигги?