Я подозрительно посмотрела на проход, ведущий в подземное помещение. Ступени были мокрыми, но не обледеневшими. Я глубоко вздохнула и начала спускаться.

Дверь внизу была старой и деревянной, с окошком в верхней части, на котором золотистой краской было написано название магазина. Когда я вошла, зазвонили колокольчики.

Предметы, стоявшие повсюду, и запахи, заполнившие комнату, сразу же ошеломили меня. Горел ладан[24] — очень неприятный запах — поэтому помещение было будто наполнено туманом. Тихо играла музыка нью-эйдж[25] — смешение успокаивающего звучания кельтской арфы и пения птиц. Я не знаю, был ли это дым или странная музыка, но мне стало дурно.

В помещении был полумрак: свечи освещали комнату, бросая тени на многочисленные ряды с книжными полками.

Я прикрыла нос рукавом, чтобы не чувствовать тяжелого запаха ладана, который вызывал металлический привкус во рту, и посмотрела в сторону прилавка. Магазин казался пустым.

— Эй! Здесь есть кто-нибудь?

Внезапно я услышала громкий стук захлопнувшейся со скрипом двери. Когда я повернулась на звук, что-то больно ударило меня в грудь. Мои ноги оторвались от земли, и я приземлилась на спину прямо на грубый деревянный пол.

Мышцы всего тела, которыми долго не пользовались из-за длительного восстановления после сложной операции, зашлись криком в агонии, но инстинкт, совершенно чуждый мне, заставил двигаться. Я быстро перекатилась в сторону как раз в тот момент, когда лезвие топора вонзилось в пол прямо рядом с моей головой.

С силой, которая доселе была мне неведома, я выгнула спину, оттолкнулась ладонями от пола и резко вскочила на ноги как в каком-то боевике. Только тогда я встретилась лицом к лицу с напавшим на меня человеком.

Если бы мне пришлось угадывать, я дала бы ему пятнадцать лет. Но татуировки на тыльной стороне ладони и многочисленный пирсинг уха и брови говорили о том, что ему, должно быть, по крайней мере, восемнадцать. Посредине головы была выбрита тонкая полоска, разделяющая его длинные, кажущиеся сальными, волосы пополам. И, несмотря на температуру в комнате, он был одет в тяжелое пальто.

Я подняла руки вверх, показывая, что никому не хотела зла, но он снова замахнулся топором, в этот раз разбив стеклянную витрину прилавка.

— Умри, вампирская сволочь!

Как любой здравомыслящий человек, я побежала. Хотя мальчишка и был быстрее меня, но мне удалось проскочить мимо этого психа с лицом ребенка и добраться до двери в тот самый момент, когда она распахнулась. Я не успела вовремя приподнять руки, чтобы защититься от удара. Врезавшись в тяжелую деревянную дверь, я потеряла равновесие и снова упала на пол, но вовремя увидела, как топор рассекает воздух, летя прямо на меня.

— Нэйт, осторожней!

Две мысли возникли у меня в голове, когда я увидела человека, который шагнул в комнату. «Срань Господня». Он остановил топор в сантиметре от своей широкой груди, зажав лезвие между ладонями прямо перед преступником-подростком, который метнул этот самый топор вслед за своим предупреждением. Моей второй мыслью было также «срань Господня».

Мужчина сексуально двигался. Широкие плечи, плоский живот, волнистые, темные волосы… Я внезапно осознала всю привлекательность календарей, висевших в кофейне, со снимками пожарников, которых медсестры просто пожирали глазами.

— Мне очень, очень жаль, — сказал он мне.

Я взялась за протянутую руку, которая подняла меня на ноги. Нервный электрический разряд прошелся по моему телу от этого прикосновения. Я почти было сказала: «Все в порядке», прежде чем поняла, что это определенно не так. Мои руки дрожали, когда я потянулась к двери.

— О чем, черт возьми, ты думаешь, Зигги? — сказал красавчик юноше, а потом снова повернулся ко мне. — Ты ранена? Что-нибудь нужно? Вызвать скорую?

Он положил руку на мое плечо, но я рассержено сбросила ее.

— Большинство посетителей так и уезжают отсюда в карете скорой помощи?

Подросток осуждающе указал на меня пальцем:

— Она чертова вампирша, чувак! Не дай ей уйти отсюда!

Со свирепостью, которая поразила меня, мужчина закричал на мальчишку:

— Принеси ей компресс для головы!

Зигги в недоумении гневно произнес:

— Может, мне еще принести чашечку моей вкусной теплой крови и украсить ее кусочками зефира?

— Живо наверх!

Пихаясь локтями, парень прошел мимо нас, яростно бормоча что-то себе под нос, и хлопнул дверью так сильно, что загремели стекла.

— Не думаю, что он вернется с компрессом, — сухо заметила я.

— Да. Я тоже так думаю.

— Я Натан Грант, — мужчина тихо рассмеялся, протягивая свою руку.

— Кэрри Эймс.

«Убирайся отсюда, идиотка, — кричало мое сознание. — Он все еще держит этот проклятый топор».